— Я не напряжена, — бросаю в ответ слишком резко. Какой-то частью мозга я понимаю, что в тоне он позволяет себе больше, чем должен позволять при разговоре с женой его дяди, но почему-то меня это не возмущает в той степени, в которой должно было бы.

Он поднимает голову, его глаза цепляют мой взгляд, будто насквозь видят. Илья смотрит секунду, потом прищуривается и усмехается.

— Конечно, не напряжена, — отвечает он медленно, почти лениво. — Ты ведь мастер скрывать свои эмоции.

От его слов внутри будто что-то взрывается. Я отворачиваюсь, чтобы не смотреть на него, но чувствую, как его взгляд всё еще обжигает, как сверлит между лопатками.

— Ладно, здесь нужен эвакуатор, — говорит он, закрывая капот. — Я вызову и отвезу тебя домой.

— Не надо. Я справлюсь, — морожу глупость, не сразу понимая это. На трассе я тут, что ли, эвакуатор ждать собралась? Но представить себя сейчас рядом с Ильёй в ограниченном пространстве салона его машины — страшно. Сразу приступ паники подступает.

— Лиля, — он поворачивается ко мне, его тон становится жёстче. — Садись в машину. Это не просьба.

Я смотрю на него, и внутри снова тот самый комок образуется. Словно он уже решил за меня, что делать. И самое странное — я не могу ему сопротивляться.

— Сумку заберу только, — разрываю зрительный контакт. Это мне сейчас крайне необходимо — хоть маленькая передышка.

Забираю из своей машины вещи и запираю замок, потом сажусь в его машину, Илья закрывает за мной дверь. Когда он садится за руль, я понимаю, что воздух в салоне накаляется моментально.

И почему я не села хотя бы сзади?

Блин, я как малолетка какая-то, не иначе.

Давай, Лиля, в обморок еще возле этого пиздюка грохнись.

— Тебе лучше расслабиться, — говорит он, заводя двигатель, а я снова не могу отвести взгляд от его рук, которыми он расслабленно держит руль. — Попробуй хоть ненадолго. Это, в конце концов, лишь поездка.

У меня возникает стойкое ощущение, что у него в голосе сквозит явный подтекст. Тонкая ирония с намёком. Возникает острое желание резко ему ответить, чтобы не мнил себе лишнего, но…. я не решаюсь. Пристёгиваю ремень и вцепляюсь в него пальцами, стараясь не дышать глубоко окутывающим меня ароматом парфюма Ильи.

И теперь надо постараться спокойно доехать до дома. Всего каких-то минут сорок. Держись, Лиля, держись.

Ехать с Ильей в машине — это словно сидеть на краю пропасти, свесив ноги. Каждый звук двигателя, каждый поворот, каждый его взгляд будто усиливают ощущение напряжения.

Я не знаю, что делать с собой. Обычно мои руки ледяные, но сейчас кончики пальцев будто горят. Тёплая волна пробегает по телу, кровь пульсирует быстрее.

Молчу. Просто смотрю в окно, стараясь не замечать, как он иногда бросает на меня короткие взгляды. Словно проверяет, здесь ли я, не растаяла ли в темноте салона.

То, что скорость бешеная, я замечаю лишь случайно зацепившись взглядом на спидометр. Как я не заметила, что мы несемся под сто девяносто?

— Можешь, пожалуйста, чуть сбросить скорость? — прошу, обхватив себя за плечи, потому что они покрываются мурашками.

— Боишься? — бросает на меня короткий взгляд, в котором в полутьме салона дают отблеск огни приборной панели, но выглядит, будто это всполох в самих его глазах.

— Это слишком опасно, — сжимаю свои плечи крепче, вонзая ногти в кожу.

— А может, то, что надо? — вдруг подмигивает, еще больше сбивая меня с толку, но всё же сбрасывает скорость немного, не дожидаясь моего ответа.

Когда цифры падают до ста тридцати, я немного расслабляюсь. Продолжаю следить за лентой дороги, которая пропадает под капотом машины Ильи.

— Слушаю, — раздаётся голос парня, и я вижу, как он берёт телефон и отвечает на звонок. — Да, сейчас буду.

Слова цепляются за слух, и я удивленно смотрю на него. Мы ведь ещё не доехали до дома.

— У меня есть дела по работе, — говорит мне, отвечая на немой вопрос. — Это по пути. Много времени не займет.

По пути? Это странно, но я киваю. Что еще я могу сделать? Отказаться? Потребовать отвезти меня домой?

Он и так выручил меня, хотя был совсем не обязан.

Мы уже подъезжаем к городу, но Илья сворачивает на объездную. Значит, эта его работа в другом районе, видимо, и не хочет тащиться по пробкам.

Мы въезжаем в город с другой стороны, едем недолго, а когда машина останавливается, я смотрю в окно и не верю своим глазам.