Стоявший неподалеку от входа глава семьи без единого звука осел на лужайку, схватившись за сердце. Младший брат покойного оказался устойчивее и лишь резво запрыгнул за широкую спину Старона. А вот остальные родственники дружно решили, что столь экстремальные похороны не для них, и со всех ног понеслись к кладбищенским воротам. Причем ворчливая бабуля, несмотря на возраст, мчалась одной из первых!

Покойница же, не обращая внимание на суматоху живых, подскочила к стоявшему рядом с ее саркофагом гробу с телом и буквально отодрала тяжеленую, заколоченную крышку из темного полированного дерева. Откинув укрывавшую покойника черную ткань, госпожа от души и с хорошим замахом влепила почившему сыну смачную оплеуху, а затем принялась активно трепать его за уши.

— Чего это она творит? — удивился Каэль.

В отличие от остальных, он наблюдал за происходящим спокойно и даже с интересом. Самопроизвольные пробуждения покойников после снятия сковывающего заклятия случались нередко и неожиданностью для него не являлись. Однако поведение конкретно этой старухи оказалось своеобразным.

— М-матушка еще при жизни говорила брату, что, мол, если он женится н-на неугодной ей женщине, она ему уши об-борвет. Н-на семейном амулете при жизни поклялась. Но когда умерла, б-брат все равно женился, — слегка заикаясь, прокомментировал происходящее младший отпрыск семьи. — В-вот теперь она уши-то ему и отрывает… в буквальном смысле. М-матушка — хозяйка своего слова, даже из могилы. Хорошо, что Анежка, жена б-брата, на похороны не приехала. Как знала!

— А что плохого в том, что ваш брат захотел быть с любимой? Как по мне — запрещать такое несправедливо! — возмутилась Анжела.

Зря.

После этих слов покойница мгновенно отвлеклась от сына и, повернув оскаленное мумифицированное лицо, уставилась прямо на Саламандру. Протянула костлявый палец в ее сторону, а затем характерным жестом провела им по своей шее.

— Это еще что? — Анжела нервно отступила на шаг.

— Простите, но вы такая же рыжая, как и Анежка, да еще и одобрили выбор брата, — пояснил младший родственник семьи, так и не рискнувший показаться из-за спины Старона. — Вот матушка, видимо, и решила, ну-у…

— Короче, она сказала, что тебе капец. Полный, — меланхолично завершил Каэль.

Покойница одобрительно зашипела.

— Капец?! Мне?! И чего ты стоишь тогда?! — взвизгнула Анжела. — Упокой ее!

— Я? Ты же мне все уши прожужжала, как тебе практика нужна, — саркастически напомнил Призрачный дракон. — Что ты только ради этого в моем заштатном агентстве и оказалась. Так вот тебе практика, практикуйся.

— П-простите…

— А вы не волнуйтесь, обряд мы проведем самым наилучшим образом, — перебил Каэль младшего брата покойного. — Идите пока лучше отцу помогите, вон, он в себя приходит, кажется. И скажите, что у меня все под контролем. Его почившая жена из склепа не выберется при всем желании. Гарантирую. Пришлю вам по окончании обряда все необходимые документы.

— А… ага, — мужчина нервно кивнул и поспешно подскочил к отцу, тем не менее не переставая коситься на склеп.

Впрочем, Каэль не обманул: бесноватая покойница действительно не могла пересечь порог склепа, как ни билась в невидимую преграду. Некромант пронаблюдал, как последние клиенты садятся в вироход и отбывают лечить нервы, а затем вновь повернулся к Анжеле и раздраженно вопросил:

— Ну, чего ждешь? Прекрати уже хлопать глазами и изображать девочку-выпускницу, у тебя все равно это хреново получается. Работай, а то уволю и отправлю обратно туда, откуда тебя прислали.

Пламя в склепе полыхнуло мгновенно! Причем огонь, охвативший покойницу, был не простым, а лиловым, переплетенным с рассеивающим заклинанием высшего порядка. Не прошло и нескольких секунд, как старуха свалилась на пол грудой костей, больше не подавая признаков буйства. Причем Саламандра в сторону жертвы даже глаза не скосила, по-прежнему продолжая прожигать Каэля яростным взглядом, полностью подтверждая утверждение о том, что вчерашней выпускницей точно не является.

— Вот так бы сразу, — удовлетворенно произнес Каэль. — А то устроила мне театр со сказками. То не умею, это не знаю, там потренироваться хочу. Да когда это выпускницы Харта неумехами были? Хотя, может, тебе и вправду надо? М-м? И именно из-за этого тебя ко мне и послали?

Он язвительно усмехнулся.

И Анжела не выдержала.

— Да имела я тебя и твое агентство в гробу и в белых тапках рядом с той бабкой! — рявкнула она. — Ты хоть знаешь, кто я? Я — лучший боевой маг со знаком Почета после годовой практики на границе! Я с отличием закончила Академию Снежного Дракона! Да я должна была при королевском дворе сейчас служить, а не прозябать в вашей кахоровой дыре! И если бы не приказ лорда Харта, ноги моей рядом с вами всеми не было бы! Единственное, почему я здесь — его обещание отправить меня с постоянным контрактом на службу непосредственно королевской семье! Я до последнего надеялась на то, что вскоре это, наконец, произойдет, но сейчас мне даже на это наплевать! Я настолько не хочу тебя видеть, что можешь увольнять меня хоть сейчас! Буду только рада!

Она замолчала, тяжело дыша и ожидая ответного гневного выпада Каэля, а затем, собственно, того самого немедленного увольнения. Однако к изумлению Саламандры тот, напротив, широко улыбнулся. А затем, к еще большему ее изумлению, рядом послышались веселые смешки Барта и Старона, которые уже успели упаковать покойницу обратно в саркофаг.

— Значит, Харт тебя все-таки в известность не поставил, — констатировал Каэль. — Надо же. А я до последнего сомневался.

— В чем? — все еще сердито, но с нарастающим напряжением уточнила Анжела.