— Знаешь, что самое парадоксальное? — тихо произнес он. — Меня всегда интересовала возможность встречи с иными формами разума. Я мечтал о первом контакте, о том, как мы обменяемся знаниями с инопланетной цивилизацией. И вот теперь этот контакт происходит — но не так, как я представлял. Другой разум рождается прямо здесь, рядом с нами, из известных нам видов. И мы… мы уступаем им место.

— Это не конец, а трансформация, — подошла к нему Анна. — Даже если человечество утратит свое доминирующее положение, наш вклад в историю разума не исчезнет.

Николай повернулся к ней, и в его глазах появилась новая решимость:

— Тогда надо действовать. Если мы не можем остановить процесс, мы должны сделать все, чтобы человеческое наследие было сохранено в максимально полном виде. Передать эстафету, а не просто угаснуть.

— С чего начнем? — спросила Анна, и в ее голосе звучала готовность к действию.

— С каталогизации всех доступных нам знаний. На базе есть огромная цифровая библиотека. Нужно структурировать эту информацию, выделить ключевые аспекты науки, культуры, философии. Создать своего рода учебник человечества для новых разумных видов.

— А для этого нам понадобится команда, — кивнула Анна. — Люди, способные отобрать самое важное из каждой области.

— И криокамеры, — добавил Николай. — Рэддл сказал, что в стазисе процесс не действует. Мы можем сохранить некоторых людей в неизменном состоянии, чтобы однажды, возможно, они могли стать живыми учителями для новой эры разумных существ.

Пока они обсуждали детали плана, на базе произошло еще несколько технических сбоев — на мгновение пропало электричество, затем вышла из строя система очистки воздуха. Словно невидимая рука ускоряла процесс деградации инфраструктуры вместе с деградацией человеческого разума.

— Времени все меньше, — встревоженно заметила Анна. — Нужно поговорить с Ивановым. Его авторитет поможет нам собрать нужную команду без лишних вопросов.

Директор базы встретил их в своем кабинете. Усталое лицо, потухший взгляд — казалось, он постарел на десять лет за последнюю неделю. Но когда Николай и Анна изложили свой план, в его глазах появилась искра надежды.

— Это… амбициозно, — сказал он, выслушав их. — И, возможно, единственный разумный выход. Я замечаю, как меняются люди вокруг. Техники забывают элементарные вещи, ученые не могут провести простейшие расчеты. Мы действительно теряем то, что делает нас людьми.

Он встал и подошел к своему рабочему столу, на котором лежала старая бумажная фотография — панорама Земли, снятая с лунной орбиты.

— Я всегда считал, что наша миссия здесь — расширить границы человеческого присутствия во Вселенной. Теперь вижу, что миссия иная — сохранить самую суть человечества в новой форме. Уйти достойно, оставив наследство тем, кто придет после нас.

Иванов повернулся к ним:

— У нас десять криокамер. Нужно выбрать кандидатов. Не просто умнейших — тех, кто способен стать учителями, наставниками для новых форм разума. Людей с открытым мышлением, готовых принять радикально иные перспективы.

— И с разнообразными знаниями, — добавил Николай. — Физики, биологи, историки, философы, инженеры, медики… Нам нужно сохранить максимально широкий спектр человеческого опыта.

— И, конечно, материал для регенерации человеческого вида, — вмешалась Анна. — Генетические образцы, базы данных ДНК, репродуктивные технологии. Возможно, когда-нибудь, в отдаленном будущем, полноценный человеческий разум сможет вернуться в этот мир.

— Хранилище начнем создавать немедленно, — решительно произнес Иванов. — Николай, Анна, вы будете курировать проект. Я дам вам всю необходимую поддержку и полномочия.

Когда они выходили из кабинета директора, Анна тихо спросила:

— Ты не боишься?

— Боюсь, — честно ответил Николай. — Но не смерти и не исчезновения человечества как доминирующего вида. Я боюсь, что мы не успеем. Что все, что делало нас людьми — наша история, наши мечты, наши взлеты и падения — будет утрачено безвозвратно.

Анна взяла его за руку:

— Не будет. Пока существует хотя бы один разум, способный понять и оценить человеческое наследие, оно не исчезнет. А теперь у нас появился союзник, который точно оценит — Рэддл.

Николай сжал ее руку в ответ, и они направились к своим каютам — готовиться к самой важной миссии в истории человечества: стать последним бастионом разума уходящей эпохи и мостом к эпохе грядущей.

Пока они шли по коридору, система оповещения вдруг заговорила голосом Иванова:

— Внимание, всем сотрудникам базы. Сегодня в 19:00 состоится общее собрание. Присутствие обязательно. Будет объявлена информация исключительной важности.

Николай и Анна переглянулись. Момент истины наступал быстрее, чем они предполагали. Теперь предстояло самое сложное — объяснить людям, что их мир, вся человеческая цивилизация, какой они ее знали, подходит к концу. И убедить их, что это не конец всему, а лишь новый поворот в нескончаемой истории разума во Вселенной.