Место действия: Гавана (Куба, владения Испанской империи).

Время действия: июнь 1600 года.

Иван Заруцкий, член Правления Меховой компании, дядька бастарда-попаданца Виктора Вайса.

Своих переселенцев в Никарагуа мы высадили и пришли к назначенному месту встречи с англичанами вовремя. Пять кораблей: два боевых галеона, купленных у англичан, и три наших больших флейта. Если добавить десять английских кораблей, то у десятка испанских галеонов было мало шансов уйти от погони. Но, англичане опоздали и «Серебряный флот» мы проворонили. Он успел юркнуть от нас в защищённую бухту Гаваны.

Нужно было действовать быстро. Во-первых, скоро наступит сезон ураганов. Во-вторых, среди матросов может начаться эпидемия лихорадки.

Теперь англчане-копуши предложили запасной план. У них была схематичное изображение городской крепости и план форта Эль Морро, защищающего вход в бухту, которую, для надёжности, за фортом перекрыли толстой цепью.

Идея была такой. Пять сотен англичан высаживаются на берег, прорываются к цепи и взрывают её. Благо пушки форта были направлены только в сторону моря. В тылу испанцы могли встретить противника только мушкетным огнём. Либо переправить из города пушки на высоты Ла Кабана. Вот тогда к цепи не прорвёшься.

Английский план был шит белыми нитками. Они собирались высадить десант, но это не стало бы неожиданностью для защитников Гаваны. Они наверняка бы успели перебросить пушки на прилегающие к бухте холмы. Тут нужно высадится вечером в сумерках да подальше от форта. Найти местных проводников и на рассвете тайно, кружным путём через заросли занять высоты Ла Кабана. Это могла сделать наша хорошо подготовленная сотня из Меховой компании. А затем высадившиеся англичане по дороге привезут нам на телеге бочки с порохом, которыми мы подорвём цепь.

Короче, после высадки в сумерках я повёл наш отряд за проводником. Надел парадный мундир. Если убьют, то хоть похоронят в хорошей одежде…

Нам удалось захватить десяток ничего не подозревающих испанских солдат, посланных в холмы на дозор. Старший дозора, капрал, немного рассказал об обстановке в городе. Власть находилась в растерянности. Разгружать «серебряные» галеоны было бы самоуправством. Скорее всего надеялись на хороший шторм, что разгонит флотилию неприятеля. Такая вероятность была достаточно высокой, но и весьма призрачной. Толи будет — толи нет…

В городе было несколько сотен солдат. Вкупе с морской пехотой на галеонах они представляли собой грозную силу. Даже пару сотен защитников форта Эль Морро нельзя сбрасывать со счетов. Нас же только сотня, а когда пять сотен англичан придут нам на подмогу — большой вопрос.

Я часто говорил с Виктором на военные темы и он, порой, предлагал неожиданные варианты защиты или атаки. Вот в этом случае подходила так называемая «круговая оборона». Что-то типа «гуляй-города» без повозок. Чтобы наш солдат был в укрытии, нужно было выкопать траншею, как при осаде крепости. Малый круг в сто шагов и большой круг в двести. Два рубежа обороны.

Закончив копать, мы подали условный сигнал в сторону кораблей. Враг, возможно тоже заметил. Нам нужно ждать «гостей».

С той стороны бухты в сторону наших холмов пошёл десяток баркасов. Всего примерно человек двести. Я распорядился, чтобы лучший десяток сотни выдвинулся поближе к месту высадки врага и открыл огонь, как только они причалят. Сделав два-три выстрела пусть отходят на «круг».

Через пять минут затрещали выстрелы. Если наши бойцы прятались за кустами и били прицельно, то испанцы палили по направлению. В зрительную трубу я заметил примерно два десятка лежащих у воды тел. У нас было двое ранено. Тут из форта выкатили две пушечки и вышла сотня солдат. Пушки ударили картечью пролетевшей над траншеями. Солдаты, стараясь держать строй пошли на нас в две шеренги. Наш залп с двухсот шагов ошеломил врага. Нечасто открывают огонь с такой дальней дистанции. Испанцы замешкались при виде убитых и раненных. Но крики сержанта и офицера сделала своё дело. Противник приближался. По недоумённым лицам солдат было видно — они не понимали куда стрелять. У нас над траншеями виднелись только верхушки шлемов. Но, команда «пли» и вражеские пули свистят над головой. Наша сотня встаёт и каждый медленно выцеливает жертву. С пятидесяти шагов по плотному строю трудно промахнуться. Половина врагов упала, половина бросилась бежать. Эх, будь у меня сил побольше — мы бы на их плечах форт захватили. А пока что откатили к себе в «малый круг» захваченные пушки с ящиками. Всего шесть ядер с зарядами и четыре картечных выстрела. Лучше чем ничего!

Где там англичане с порохом? Смотрю на берег — нету. Только-только от кораблей начали отчаливать лодки. Они там что? Охренели? Если на нас навалятся с двух сторон, то мы и с пушками не выдержим.

Я отправил на берег гонца, чтобы он показал дорогу высаживающимся англичанам. А не то ещё заплутают. И тут я услышал рокот барабанов. По полю, то скрываясь в низинах, то выходя в полный рост, шли четыре испанских коробочки. Где-то с тысячу солдат собрали. Всех кто может сражаться. Комендант Гаваны, вероятно, понял, что мы замыслили и решил поставить на кон всё. Когда до первых рядов осталось шагов пятьсот, то я дал приказ стрелять ядрами. Тренированные канонирами, мои воины дали три залпа за минуту. Ядра выкашивали тропинку в тесных рядах, но испанцы упрямо шли вперёд. Опытные вояки!

Двести шагов. Картечь бьёт первые ряды наповал. Затрещали наши мушкеты. Пока враг ещё не близко, перезаряжаемся. Но испанский офицер перехитрил меня. Приказал стрелять по пушкам с дальней дистанции. Половина орудийной прислуги забились в агонии. Остальные бойцы хоть и стояли, но то тут, то там, зажимали раны руками. Я выкрикнул имена трёх толковых солдат. Они подбежали к пушке, зарядили картечью. Выстрел. В сотне шагов от нас кровавое месиво вместо строя. Одной коробочки больше нет. Но три другие останавливаются и по команде дают залп. Двух моих помощников ранило. Мы вдвоём со следопытом Молотом заряжаем и бьём по ближайшей коробке, изрядно прореженной мушкетным огнём. Остатки второй коробочки начали пятится. Видимо, остались без командиров. Остальные испанцы переходят на быстрый шаг и достают рапиры. Наши дают последний залп в упор и тоже со звоном освобождают лезвия.