На глаза сразу же попался двухэтажный дом, стена которого была разукрашена кровавыми разводами. Рядом стояла машина с раскуроченным багажником, срезанной дверью и разорванным телом в салоне. От некоторых строений тянуло дымом, и мое обостренное обоняние различало как запах сгоревшей древесины, так и вонь паленой плоти.

Словно насмехаясь, раскинула пушистые ветви здоровенная ёлка. Вдоль неё тянулась лента, желающая обитателям счастливого Рождества. Гирлянды не мерцали — оборванные болтающиеся провода не пропускали электричества.

Всё это было ожидаемо, но разум полноценно не мог охватить масштаб событий. Подумать только: ещё не прошло и суток, а Земля уже потеряла больше, чем за все войны двадцатого века! И ведь это только начало… Хотя нет смысла предаваться унынию. Сейчас действует простой постулат: либо ты принимаешь правила Игры, либо погибаешь — третьего не дано.

Я развернул интерфейс. Сразу же отметил, что иконка артефакториума находится в активном состоянии: в случае чего, смогу скрыться на пять минут в таинственное космическое пространство. И стала понятна часть описания экспресса, касающаяся откатных умений. Если локационный пробой можно использовать только раз в полмесяца вне зависимости от смертей и последующих воскрешений, то другие навыки обновляются вместе с возрождением.

Весь накопленный опыт сгорел. Хорошо, что не пожадничал и отправил боевой серп Ксанлингу и предупреждение о бауле Донхён Киму. Запоминаем: если замаячит угроза смертью, то от системной валюты, чтобы она не пропала впустую, лучше избавляться.

Способность телепортации растворилась. Естественно, учитывая параметр мощи, пятиметровые прыжки — это не самым полезный талант, но без него будет труднее сражаться против толпы мобов. Ладно, смысл горевать об утрате?..

Из ста пятидесяти единиц маны после использования двух заклинаний у меня осталось сто тридцать пять. Особенность абсолюта по процентному снижению затрат работает. Превосходно!

Паучиха говорила, чтобы я сегодня распределил не более двадцати четырех знаков силы. Залез в калькулятор и провел немудреные вычисления. Посему выходило, что могу на древо развития добавить ещё один минерал, а универсальный блокиратор, насчет которого я сомневался, тут не учитывается. Касательно последнего…

Здесь, в девяти тысячах километров от Сеула, тоже царствовала погодная аномалия. Столбик термометра выдавал рекордные минусовые значения. При этом привычный холод не ощущался. А ведь когда вышел на улицу после данжа и разыскивал место для реплики, на это внимание не обратил.

Я спрятал наручный комплект в инвентарь, присел и погрузил руку в снег. Тут же до хруста сжал челюсть и убрал в пространственный карман и поножи, которые защемили кожу в районе бедра. Зараза! Без обычных штанов в доспех лучше не облачаться.

Исчадия бездны заинтересовано подняли морды, вопросительно зарычали, но так и не предприняли каких-либо попыток проверить, что за странный шипящий звук донесся до их ушей. Ничего, голубчики, это будет последним, что вы услышите в своем бессмысленном существовании… Приводить к своей семье паровоз из монстров я не собираюсь, так что скоро устрою здесь мясорубку. В принципе, никого опасного поблизости не вижу, так что должен справиться.

Жизнь — странная штука. Однажды я ненароком стал свидетелем занимательного разговора: наш генеральный директор общался с одним из основных спонсоров. Меценат, использующий вполне законные схемы по уходу от налогов, жаловался, что понёс ряд убытков и теперь его официальный счёт стал меньше на один знак. То, что этих денег хватило бы и ему, и его ближайшим потомкам на всю оставшуюся жизнь и что таких средств никогда не будет у девяносто девяти процентов обитателей планеты, мужчину не смущало. Я тогда лишь мысленно пожал плечами: у богатых свои заскоки. Уверен, если бы этой уважаемой личности лет тридцать назад сказали, что он будет владеть сотой частью этой суммы, то будущий благодетель прыгал бы от восторга.

Сейчас же, видя, что количество моих возрождений перестало равняться двузначному числу, я начал прекрасно понимать мецената. А ведь ещё вчера, если бы кто-то намекнул, что после смерти я девять раз смогу восстать, словно феникс из пепла, и если бы по неведомой причине я поверил этим словам, то, скорее всего, тоже радовался бы столь потрясающей новости.

Но хватит предаваться сторонним размышлением. Пора готовиться к битве…

Обезболивающее и зелье регенерации пить не стал — они могут пригодиться немного позже, а пока пускай поработает организменное единство.

Отвар с согревающим эффектом тоже проигнорировал — судя по всему, холод мне больше не страшен: не удивлюсь, если теперь смогу часами плавать в ледяной воде и спать в сугробах. А ведь универсальный блокиратор на элементализм действует не только на мороз, но и на пламя с электричеством. Потом, чтобы полностью удостовериться в верности теории, надо будет осторожно притронуться к оголенному проводу и подержать руку над огнём.

Место, в котором я оказался, было знакомым (часто проскакивал его, когда приезжал навестить маму и сестрёнок), так что путаницы, где находится семья, не возникало.