Теперь же, натурально оглушенная чересчур лояльным поведением своей лучшей подруги, Хиракава Асуми вернулась на путь истинный.

— Мне это показалось забавным, — пожала тогда плечиками Мана, — Зачем усложнять то, что усложнять не нужно?

Кажется, я научил её плохому. Очень свободная интерпретация, даже для меня. С другой стороны, жена, уходящая куда-то лишь по причине, что пришла любовница…? Ну, это совсем абсурд.

Баранова на проспекте заметить было легко. Русский стоял между двумя рекламными щитами, куря сигарету и поглядывая на то, как японские школьницы в достаточно легкомысленных нарядах раздают прохожим буклеты или зазывают этих прохожих посетить то или иное заведение. Конкуренция среди них была весьма высокой, поэтому нормы приличий подвергались определенному пересмотру, что и нравилось бородатому русскому. Хотя тот, когда мы к нему подошли, слегка оторопел от вида Маны, а затем, не удержавшись, сообщил мне корни любви японок к миниюбкам — мол она, эта любовь, довольно горькая, потому что проистекает из недостаточной длины ног большинства островитянок. Большинства. Не Маны.

С ним было трудно не согласиться. Как я уже знал из надежных источников, Андрей Баранов был крайне похотливым человеком, склонным к излишествам и промискуитету… из-за чего его было легко контролировать.

— Вы деньги взяли? — осведомился русский, — Что-то я их у вас не вижу.

— Вот же, — я поднял чуть повыше непрозрачный полиэтиленовый пакет на веревочных ручках, который мне передала при встрече жена.

— Ты что… — голос русского дрогнул, — … положил двадцать миллионов йен в пакет?

— Спортивная сумка ей бы не подошла, — кивнул я на жену. Та улыбнулась.

Хакер закатил глаза, выдохнул «идемте!», а затем возглавил нашу процессию.

Он определенно стал менее нервным с тех пор, как мы познакомились. Хорошо.

Цель нашего выхода «в люди» располагалась в знакомом мне месте — в небольшом, тщательно спрятанном подвальчике магазина не для всех, куда я чуть больше года назад регулярно наведывался, принося наши общие, с одним хакером, поделки. Так школьником и зарабатывал, причем неплохо, но этот жизненный период был давно позади. Однако, несмотря на все изменения, что произошли с моей внешностью, человек, открывший маленькое окошко на стук Баранова, меня узнал.

— А, это ты, — озвучили из-за двери, — Давно не виделись! С красоткой пришел… Но извини, друг, сегодня мы не работаем, сегодня тут другое. Зав…

— Мы с ним, — указал я на Баранова, — Мы пришли покупать втроем.

Человек за дверью замялся, но затем, без лишних слов, открыл, позволяя нам пройти. В самом помещении «магазина», крошечной каморки, разделенной столом, нас уже ждали. Японка лет тридцати и двое накачанных сопровождающих. Лицезреть меня все трое были явно не рады.

— Клиент-сан, — тут же процедила японка, — Мы так не договаривались. Вы должны были прийти один.

— За одним ноутбуком, — уточнил русский, — Но вышло так, что из ваших пяти мы возьмем четыре. За наличку, как и договаривались.

— А если я скажу, что они уже… зарезервированы? — лицо японки застыло.

— Тогда мы возьмем только один, — вмешался я, — и заплатим за него.

— Мы продадим четыре, — поразмыслив, предложила эта женщина, — Но по шесть миллионов. Не меньше.

— Тогда мы уйдем отсюда со своими деньгами, без ваших ноутбуков, но я сделаю так, что вы втроем до конца жизни будете жалеть о том, что нарушили условия соглашения, — продемонстрировал я черную клипсу на правом ухе, — Вы продавали их по пять.

Позади шумно и нервно вздохнул привратник.

— Какой ты резкий, братишка… — прогудел один из прикрывающих торговку громил, — А если ствол увидишь?

— Ты не успеешь его достать, — подал я немного красного света в глаза, буквально мигнув ими.

Удивительно, насколько может быть полезна такая безобидная шутка.

— Не будем нагнетать! — сориентировалась женщина, поднимая руки, — Продаю! Четыре! Покажите деньги!

Процесс проверки купюр, услугу по которому предоставлял этот «магазинчик», занял почти полчаса, прошедшие в тишине. Японка делала вид, что ничего не случилось, её телохранители пытались сверлить меня возмущенно-угрожающими взглядами, Баранов тихо потел, наконец-то разволновавшись, а Мана безмятежно улыбалась, стоя возле привратника. Похоже, последнего это нервировало.

Тяжелые, несмотря на свой компактный размер, ноутбуки хранились в специальных опломбированных кейсах, чью достоверность даже продающие их люди не могли заверить. Зато мог Баранов, как раз и выведший нас на эту сделку. Процедура заняла у русского буквально несколько секунд, после чего он кивнул, подтвердив, что всё так, как надо. Японка, ссыпав пачки йен в спортивную сумку, вслух пожелала забыть о нас как о страшном сне, а затем ушла вместе с громилами первой. Через пять минут мы последовали её примеру.

Совершенно нелегальная сделка была успешно закрыта.

Компактные переносные компьютеры известны в этом мире довольно давно, но вот их хрупкость и ненадежность, относительные, конечно, всегда держали подобные машинки вне моего поля зрения. Неплохой инструмент для писателя, считал я, или для бухгалтера, но для чего-то серьезного их начинка не подходит. Знакомство с ноутбуком Баранова, бывшего когда-то агентом ЦРУ, показало мне, что специализированные платформы вполне удобны и надежны, но в магазине их не купишь.