Если Гвоздю потребовалось совсем немного времени, чтобы перелететь на противоположную сторону острова, то дрон до места наших боёв добрался только за два часа. Обнаружив мастера Дика, я в настройках его выделил и обозначил, как основной объект слежения.

Объект занимался тем, что копал большую яму, помогая себе ножом, чтобы выковырять особо большие камни, но в основном работая руками. Правой рукой в основном. Увеличив изображение, я понял, что пальцами левой руки мастер Дик больше не может пользоваться. Может они и приросли, но не работали. Ладно, буду за ним послеживать. А пока осмотрюсь.

Гвоздь приземлился на небольшой поляне, окружённой деревьями и кустами. До берега океана надо было пройти метров двести. Недалеко протекал ручей, но я его со своей поляны не видел. Как ни хотелось пройтись одному, я решил дождаться пробуждения Власа. А то нехорошо получится, он проснётся, прикованный к кушетке, и никого рядом.

А вот, кстати, и знакомая мне ругань!

Через полчаса мы с Власом сидели на большом плоском камне на берегу океана и ели бутерброды на которые пошла последняя колбаса. Как доедим, придётся переходить на крупы и сухари, а потом и на пищевые пакеты. Так получилось, что большую часть вкусной, но скоропортящейся еды мы потащили в поход, а потом я забыл её забрать, и вся вкуснятина сейчас досталась мастеру Дику.

Океан впечатлял. Я попытался вспомнить, когда видел что-то подобное последний раз, и не получил ни единого образа. Поэтому наслаждался зрелищем, как в первый раз. Красивый бирюзово-голубой цвет и множество оттенков синего и зелёного. Волны были, но не очень сильные. Много воды, много пространства, много воздуха и ничего запутанного. Океан однозначно существовал в намного более спокойном режиме, чем я.

Мы с Власом молчали и с аппетитом жевали свои бутерброды. Он всё ещё был слаб и не мог шевелить левой рукой — одна из пуль сильно разворотила ему плечо, — но отказался валяться и ждать выздоровления на кушетке.

— В общем, говоря понятными словами, я, чтобы не дать тебе сдохнуть, провёл Апгрейд твоего тела. Сейчас ты быстрее, сильнее и лучше заживляешь повреждения, чем раньше.

— Спасибо, Джанг. У меня есть долг перед тобой.

— Пожалуйста. И как такие долги возвращают?

— Не знаю. По-разному. Можно тебе жизнь спасти, можно… Извини, не очень думается сейчас. Я ещё в себя прийти не могу.

— Хорошо, Влас. Потом всё обсудим. Сегодня у нас день отдыха и подготовки к подвигам.

— Каким ещё подвигам?

— Самым разнообразным. Смотри, сейчас такие обстоятельства, что мы слабые, Империя сильная. Соответственно любое наше деяние нужно рассматривать как подвиг.

— Нужно?

— Конечно. Большинство будет считать всё, что мы делаем, преступлением. Но когда мы победим, то большинство посчитает нас героями. Главное победить, тогда преступления станут подвигами.

— Ты так уверен в том, что говоришь.

— Почему-то да, я уверен. Пока мы не потерпели огромного количества неудач, пока нас не растоптали и не промыли нам мозги, мы можем и должны наслаждаться уверенностью.

— Мне тяжело сейчас думать о сложном. Тебе помощь какая нужна?

— Да никакая. Я буду с техникой разбираться, а ты просто ешь побольше и восстанавливайся. Постарайся пообщаться с существом, которое контролирует твоё тело.

— Каким ещё существом?

— Ты же в курсе, что тело состоит из самых разных частей? Желудок, кишки, кровь, мышцы, кости. Это сложная живая структура, которая не разваливается на части только потому, что за ней следит живая штука, называемая «регул». Он может очень сильно контролировать и менять тело, но совсем не должен это делать. Если хозяин тела так никогда и не выйдет с ним на связь, то регул будет практически спать всю жизнь и никак тебе не помогать. А вот если с ним наладить общение, то изменения тела будут самые положительные.

— И где он находится, как выглядит?

— Никак не выглядит, находится чаще всего в теле. Думает больше эмоциями, но неплохо понимает, чего ты от него хочешь. В общем, ищи мысленно в теле того, кто этим телом на самом деле рулит.

— Папа Йода меня поцелуй… Ты уверен, что я смогу этим сейчас заняться?

— Да. Бегать и прыгать не надо. Ешь, лежи и мысленно ищи эту штуку в теле.

— Попробую.

— Вот и хорошо. Пошли обратно?

— Купаться не будешь? Тепло же.

— Это как?

— Что как?

— Что значит купаться? Лезть в океан? — у меня с этим словом были связаны только идеи, как водоплавающие животные плещутся в воде. Что в океане что-то подобное могут делать люди, я не знал. Плыть тут просто некуда — вода до горизонта.

В общем, я искупался, и что-то мне подсказывало, что это было первый раз в жизни. Как интересно… И приятно.

Теперь надо заниматься делами. До конца дня я корячился с оборудованием, в основном с медроботом. Докорячился и разобрался. У Власа никаких успехов в поиске регула не произошло, что для меня было очень странно, но как-то повлиять на это я не мог.