Нарцисса посмотрела на судью, добавив со строгой гордостью:

– Если бы не ее помощь, юная леди Люсиль не выжила бы. Вы не видели, до чего довел ее этот человек, который называет себя доктором. Вильям Бродрик оставил ее умирать, но мисс Анна не сдалась.

По залу прошелся недовольный ропот. А женщина, что сидела рядом со мной, та самая скучающая матрона, в знак одобрения положила свою пухлую ладонь поверх моего стиснутого кулака и слегка сжала.

Я кивнула ей, принимая поддержку. А после встретилась глазами с госпожой Нарциссой. Та едва заметно качнула головой, встретившись со мной взглядом.

Я ощутила взгляд Рейнарда, повернула к нему голову. Его глаза едва заметно посмеивались. Это окатило меня таким теплом, что я мигом отогрелась и почти расслабилась.

Странно, но именно теперь я поняла, что меня не оставят...

Следующим выступил молодой дворецкий, который подтвердил, что доктор Бродрик неоднократно пренебрегал своими обязанностями, а один раз даже был замечен в странном состоянии во время работы.

– Я видел, как мисс Анна готовила лекарства для леди Люсиль, – добавил он. – Она делала это с огромным терпением и заботой. Ни разу я не заметил ничего подозрительного или сомнительного в ее действиях. Все травы ей собирали из личных запасов лорда Локвуда. Что-то из теплиц. Знаете, я и сам стал припоминать некоторые эти средства. Моя бабушка лечила меня в свое время похожим образом.

Свидетели продолжали выступать один за другим, подтверждая, что я помогла спасти жизнь юной Люсиль, в то время как доктор Бродрик бездействовал и ухудшал состояние малышки…

Я не видела лица адвоката, но судя по его напряженной позе можно было сделать выводы, насколько он недоволен. Он то и дело менял позу, постукивал карандашом по столу, притопывал ногой, явно желая прервать каждого рассказчика, только вот, насколько я поняла, права не имел. Когда же очередь говорить снова дошла до него, он коротко обернулся ко мне… едва не зеленый от злости.

– Ваше превосходительство, – произнес он, глядя на судью, – все эти показания, конечно, трогательны, но они не исключают возможности того, что мисс Герман могла использовать свои знания для манипуляций и скрытых интриг.

Он повернулся ко мне, и его взгляд был холодным и цепким.

Ну неужели не могли они найти иного пути защиты, кроме как попытаться скомпрометировать меня?

– Доктор Бродрик не просто так увел, – он сделал особый акцент на последнем слове, – мисс Герман в тот охотничий домик. Его целью было передать ее инквизиторам, чтобы обезопасить лорда Локвуда. Мисс сама упомянула в своем рассказе, что они ждали их. Не так ли, мисс Герман?

Он посмотрел на меня, явно довольный собой. Похоже, это был их последний козырь.

Зал снова зашептался, как будто он только что бросил в него камень. Я почувствовала, как холодный пот выступил на моих висках. Это был момент, которого я боялась.

Судья, нахмурившись, посмотрел на меня.

– Мисс Герман, ответьте, пожалуйста.

Я открыла рот, но не успела произнести и слова, как прокурор поднялся со своего места, прерывая меня.

– Ваше превосходительство, позвольте пояснить, – сказал он. – Речь идет не о каких-либо подозрениях в адрес мисс Герман. Напротив. Инквизиторы, упомянутые здесь, – это те самые люди, что и помогли нам раскрыть преступления доктора Бродрика.

Прокурор сделал шаг вперед, обращаясь теперь к присяжным.

– Они вели расследование о распространении запрещенного препарата – морника, который, как нам стало известно, доктор Бродрик намеревался продать на черном рынке. Именно благодаря их работе мы смогли взять эту группу с поличным. Так что, если кто и должен опасаться инквизиторов, то это сам доктор Бродрик.

Эти слова произвели настоящий фурор. Зал наполнился возгласами удивления и шепотом. Судья снова ударил молотком, заставляя всех замолчать.

– Если это так, – сказал он, устремив суровый взгляд на адвоката, – то ваши попытки очернить мисс Герман выглядят еще более сомнительно.

Дальнейшее слушание шло уже явно не в пользу Бродрика, как бы его адвокат ни пытался восстановить репутацию своего клиента. Судья заслушал всех свидетелей, а затем представили доказательства: записи о продаже морника и показания информаторов.

– Суд и присяжные удаляются для принятия решения, – объявили во всеуслышанье.

Все поднялись со своих мест, а после Рейнард подошел ко мне.

– Вам лучше пока уйти, Вильяма приведут на оглашение, – мягко посоветовал он.

– Я… я хотела бы все же остаться, – проговорила я.

Конечно, изначально мы обговаривали мое присутствие только на втором акте слушания, когда самого Бродрика убрали из зала. Но теперь поняла, что хочу сама услышать оглашение приговора. Это поможет мне поставить точку во всей этой истории…

– Уверены? – Лорд Локвуд явно беспокоился за меня. На его лице промелькнула тень сомнения.

– Да, – твердо озвалась я.