— Это что сейчас было? — вскрикнула скандалистка.

— А сейчас ты про что?

— Ты реально воздух испортил?

— Да ничего я не портил!

— Ты пукнул! Я слышала!

— Не было такого.

— У тебя что, недержание газов?

— Все у меня нормально. Мой желудок работает как часы.

— Оно и заметно, вон какой мамон отрастил.

Луцык не мог остаться в стороне от такой интересной дискуссии:

— Кстати, есть такая книга «Дневник одного гения». Написал ее Сальвадор Дали. Знаете, кто это? Великий художник-сюрреалист со смешными усами. Ну так вот, в этой самой книге у него есть целый трактат о пуках. Очень интересная вещь! Дали утверждал, что пукать очень полезно, а если человек задерживает в своем организме газы, то может нанести непоправимый ущерб своему здоровью. Цитирую: «Чтоб здоровеньким гулять, надо ветры выпускать».

— Ты опять прикалываешься?! — завопила девица.

— Нисколько.

— А этот твой гений больше ни про что не писал?

— Ну там была еще глава «Похвала мухам».

— Кому?!

— Мухам. Такие насекомые с чешуйчатыми крылышками и хоботком.

— Не надо держать меня за дуру! Я знаю, кто такие мухи.

— Да ни за кого я тебя не держу…

— То есть ты хочешь сказать, что я никто?

— Ты очень даже кто. Так что, тебе пересказать трактат о мухах?

— Спасибо, не надо. Мне предыдущего трактата хватило.

— Не хочешь приобщиться к прекрасному, значит. Ну что ж, как хочешь.

— Мухи и кишечные газы — это, по-твоему, прекрасно?

— Что естественно, то не безобразно.

— Ребята, ну вы реально клоуны! — прыснул Левша. — В хорошем смысле. С вами не соскучишься! Я столько не ржал уже лет десять как. Вот спасибо, уважили!

— Всегда пожалуйста! — отозвался Луцык.

— А анекдот смешной знаешь?

— А то! Тебе какой?

— Я же сказал — смешной.

— Тематика какая.

— Ах это! Ну… ну… Ну про ежика.

— Легко. Слушай. Поехала как-то жена одного богатея в деревню. Экзотики захотелось. Вышла в ближайший лесок на прогулку со своим любимым питбулем. Вдруг из кустов — ежик. Набросился на питбуля, искусал до полусмерти. Тетка в истерике, бежит к местному зоотехнику. Тот быстренько заштопал питомца. Жена, как положено, с ним щедро рассчиталась и спрашивает: «Послушайте, у вас здесь такая глухомань, ну никакой цивилизации. Ладно сейчас лето — природа вокруг, какое ни есть, а разнообразие. А что же вы зимой-то здесь делаете?» А тот отвечает ей: «Знамо что — ежей натаскиваем».

Мастер на все руки едва не задохнулся от смеха:

— «Ежей натаскиваем»! Вот умора! Ежей на… ха-ха-ха… на… ха-ха-ха… на… на-на-натаскиваем…

— Мне не понравилось, — поморщился Кабан.

— Тогда специально для тебя и особенно для Джей. Анекдот про Кинчева.

— Давай!

— Костю Кинчева достало, что его на улице все узнают. Он переоделся в цивила, купил себе пиджак, галстук, подстригся, причесался. Идет по улице радостный. Никто не узнает! Проходит мимо помойки, видит — бабка бутылки собирает. Он подходит к ней и говорит: «Бабка, знаешь кто я?». Она отвечает: «Да ты Костя Кинчев из группы 'Алиса». Огорчился Кинчев и пошел домой. Прошло несколько месяцев. Костя отрастил себе хайер, понавешал фенек на руки, татуировку с пацификом сделал. Никто его не узнает. Проходит мимо помойки, видит ту же бабку. Спрашивает: «Бабка, знаешь кто я?». А она: «Ха! Да ты Костя Кинчев из группы 'Алиса». Костя снова домой ушел в расстроенных чувствах. Прошел еще месяц. Костя побрился налысо, купил себе гады на толстой подошве, натовку. Вышел на улицу. Никто не узнает. Проходит мимо злосчастной помойки и снова встречает уже знакомую бабку. «Бабка, знаешь кто я?». А бабка такая: «Конечно, знаю. Костя Кинчев из группы 'Алиса». И тогда расстроенный Костя спрашивает: «Блин! Бабка, открой мне свой секрет. Как ты меня все время узнаешь? Уж я и цивилом прикидывался, и хиппи, и скином…». А бабка прищурилась и говорит:«Ха! Да я ж — Валера Кипелов из группы 'Ария».

— Смешно, — подчеркнуто уныло протянул Кабан.

— Тебе не понравилось? — спросил Луцык.

— Не очень. Да и Кипелов уже давно в «Арии» не поет. И почему он собирал бутылки?

— Тогда вот тебе анекдот про Бутусова.

— Валяй!

— Смешно, — протянул Кабан.

— Тебе не понравилось? — спросил Луцык.

— Не очень. Да и Кипелов уже давно в «Арии» не поет. И почему он собирал бутылки?

— Тогда вот тебе анекдот про Бутусова.

— Жги!

— Вообще так. Приходит Бутусов в «Ростикс». Его официантка спрашивает: «Что заказывать будите?». А Бутусов такой: «А вот… Где у вас крылья, которые нравились мне».

— А вот этот прям угарный! — хихикнул Кабан.

— Вместо того, чтобы анекдотики травить, лучше бы придумали, как нам спастись, — одернула болтунов Джей.

— А давайте выроем тоннель! — предложил Кабан.

— Тоннель?

— Ну да. До безопасного места…

— Слушай, Энди Дюфрейн, ты чем думаешь?

— Головой.

— А мне кажется, другим местом.

— Просто это первое, о чем я подумал.

— Других мыслей у тебя нет?

— Не-а.

— У меня план, — сказал Левша.

— Так огласи его, — произнес Луцык.

— Все просто как божий день…

План мастера на все руки и вправду был прост. По его словам, ящеры плохо ориентировались в сумерках и темноте. Поэтому следовало дождаться, пока стемнеет, аккуратненько выбраться наружу и расправиться с хищниками.

— Хм-м, звучит неплохо, но уж как-то все слишком гладко складывается, — скептически заметил Луцык.

— Могу усложнить, если хочешь. Во-первых, ящеры могут нас заметить и схрумкать, едва мы вылезем. Во-вторых, нас могут схрумкать спустя время, если мы будем вести себя слишком шумно.