Для семьи Паризи всегда важна внешность.

Лоренцо теперь стоит в тени и ждет своей очереди снова сражаться. Все мальчики выполнили свои задания. Валентино был первым, когда использовал странную девушку с несносным характером, чтобы затащить ее отца-головореза к нам в карман. Лукан выгнал Андреа из города, а Лоренцо сегодня одолел своего брата. Все они доказали, что способны делать то, что им говорят, что бы это ни было, и поставили три семьи на первое место. Я не знаю, что они просили у Кадры. Какое у нее было задание? Выполнила ли она его?

Кадра игнорирует слова Габриэле, идет к центру комнаты и встает лицом ко мне. В ее глазах что-то пугающе темное и расчетливое. В них не осталось ничего от той застенчивой и тихой девушки, которая смотрела на мир большими и полными надежды глазами.

Как раз в тот момент, когда Габриэле собирается отчитать ее за непослушание, двери открываются, и в наше пространство вторгается толпа мужчин в костюмах. Мужчины в хороших костюмах, с пистолетами и, похоже, наушниками.

Секретная служба.

Нет… нет… нет.

Я думала, у меня есть больше времени. Билет в один конец до Франции прожег дыру в моем пиджаке. Это была моя последняя остановка перед тем, как я стану свободной. Свободной от мрачного будущего, которое меня ожидает. И вдруг все приобретает смысл. Спокойствие Габриэле и явное ликование в глазах Кадры.

Я была ее задачей.

Она меня обманула.

Я не должна чувствовать себя преданной, но, черт возьми, чувствую. Она ничем мне не обязана. Половину своей жизни она не чувствовала от меня ничего, кроме холода и пренебрежения. Она ничем мне не обязана, но я все равно никогда бы не подумала, что моя родная сестра продаст меня дьяволу.

Именно таким будет мой будущий муж.

Красивый дьявол в сенате с планами в будущем управлять этой страной. Его шестилетний срок заканчивается, и его команда сделала заявление о его будущих планах на президентский пост. Ему нужна жена, сказал мой отец. Жена, которая сделает его доступным и поможет его имиджу плейбоя. Я чувствую только ярость, глядя на всех присутствующих в комнате. Ярость, которая медленно поглощает все мои мысли и вскоре станет причиной всех моих действий. Эта же ярость заставляет меня развернуться и выхватить клинок у одного из людей моей семьи. Я слишком быстра, и прежде чем солдат успевает остановить меня, я отступаю назад с клинком в руке и поворачиваюсь к сестре и отцу.

— Это все была уловка, чтобы заманить меня сюда, не так ли? — Я направляю вопрос своему papa. Его безразличное выражение лица только еще больше злит меня.

— Ты прекрасно знала, что это произойдет, Арианна. Не прикидывайся невеждой сейчас, это уже не поможет. — Он садится обратно. — И следи за своим чертовым тоном, когда говоришь со мной.

— Пошел ты! — Впервые в жизни я проклинаю своего отца вслух. Перед Святой Троицей. Мне все равно. С сегодняшнего дня он не имеет надо мной власти. Нет, сенатор Бастиан Кентон имеет.

В комнате воцаряется полная тишина, а мой papa встает со своего места с убийственным выражением лица.

Я поступаю безрассудно.

Импульсивно.

Эмоционально.

Мне все равно.

Я закончила.

Крепко сжав клинок, я подношу его к шее, отрезаю прядь волос и бросаю его к ногам отца. Комната разражается негромким ропотом.

Они прекрасно понимают, что это значит.

Я разрываю свои связи с семьей.

Это равно тому, что быть крысой.

Не давая отцу ни секунды времени, тем же лезвием я срезаю еще больше волос и бросаю их и клинок в сестру. Он врезается в стену позади нее. Я могла бы попасть в нее, если бы захотела. Она отличный стрелок, но я и сама способна держать удар.

— И пошла ты! — кричу я ей. Я разочарована отсутствием у нее эмоций. — С меня хватит идти через огонь ради тебя! Вас обеих! — Я кричу, как мне кажется, впервые в жизни. Ненавижу, когда мой голос дрожит, это показывает слабость. Я не могу себе этого позволить.

Бросив последний взгляд на сестру, я разворачиваюсь и ухожу вместе с незнакомыми мужчинами.

Арианны Луны Паризи больше нет.

На ее месте рождается будущая первая леди Соединенных Штатов Америки.

В Вашингтоне даже не подозревают, что их ждет.

Мой будущий муж даже не подозревает, что рядом с ним будет спать его враг номер один.

КАДРА

БОГИ И МОНСТРЫ

«Но я доверяла тебе». — Мила

Я до сих пор чувствую жжение кнута, который три раза в неделю в течение десяти лет обрушивался на мою спину. Я все еще чувствую каждый удар и каждую пощечину на своей коже, даже сейчас, когда моя кожа зажила. А вот моя душа — нет. Она все еще кровоточит, не переставая, и кажется, что никогда не перестанет. Я всегда была не такой, как все, никогда ни с кем не сходилась, даже в собственном доме, а уж вне его, тем более. Я всегда задавалась вопросом, не в этом ли причина того, что я была мишенью для издевательств отца. Смотрю на него, такого уязвимого и слабого, стоящего передо мной на коленях, как будто я его создатель и готова отправить его прямиком в ад, где ему самое место.