Это мафия… здесь вы не найдете гребаной сказки.

Вы также не встретите героев, только злодеев.

И это именно то, чем мы являемся.

Лоренцо хладнокровно убивает своего деда и избивает брата до полусмерти, доказывая, как далеко он готов зайти, чтобы стать королем. Глядя на него сейчас, я понимаю, что он совершил ошибку, выступив против брата первым и оставив меня напоследок. Лоренцо может быть сильным и иметь все необходимое для того, чтобы стать великим капо, но он все еще слишком безрассуден и импульсивен. Чтобы стать лучшим, нужно изучать своих врагов, пока не обнаружишь их слабости и не используешь их в своих интересах. Как в шахматах, нужно предугадать ход противника и заблокировать его. Защищайте своего ферзя любой ценой, потому что в тот момент, когда ферзь становится уязвимым:

Игра окончена.

Я понял это на собственном опыте.

Я не собираюсь повторять эту ошибку дважды.

Меня готовили к этому моменту всю мою жизнь. С того рокового дня двенадцать лет назад, когда он разбил мои детские мечты, а также мои кости. С того момента я стал точной копией своего отца. Я говорил, как он, ходил как он. Оглядываясь назад, я стал им из соображений выживания. Сначала я боялся, что, если разочарую его, он обидит мою маму, а когда я стал старше и моя мать отдалилась от нас, я стал единственным защитником своих сестер. Они — единственная карта, которую он может разыграть, чтобы держать меня в узде. Если бы не они, я бы давно уехал из этого поганого места и никогда не оглядывался назад.

Я мог бы убить отца, как Лоренцо избавился от Бенедетто, но, в отличие от босса Николаси, моего отца любят и уважают его люди. Если я убью его, они ополчатся против меня. Люди Вольпе слишком лояльны и придерживаются своих старых взглядов. Я позабочусь о Томмазо, но сегодня он не умрет. Я сожгу дотла все, что он строил годами, и не подумаю об этом дважды.

Я сбрасываю с плеч пиджак от итальянского костюма и передаю его сестре Джиане. Я наклоняюсь и снимаю туфли, а когда заканчиваю, встаю во весь рост и закатываю рукава.

Моя очередь.

Лоренцо облажался.

Он должен был драться со мной первым. Теперь он ранен и находится в невыгодном положении, и тогда я нанесу удар. Отец подходит ко мне и кладет обе руки мне на плечи, как и подобает любящему отцу, собирающемуся дать сыну напутствие, но я знаю лучше.

В теле Томмазо Вольпе нет ни одной отцовской косточки. Это чудо, что обе мои девочки выросли достойными людьми с большими и чистыми сердцами. Джиана в точности такая же, какой была Наталья, пока не стала грустной и не отдалилась от нас все дальше и дальше. Кара — не от мира сего. Она одновременно и благословение, и проклятие. Она освещает нашу жизнь, но и она, и Джиана — главная причина того, что я привязан к этой жизни, из которой нет выхода.

— Ты можешь одолеть его. Он слишком слаб. Все, что тебе нужно сделать, — это измотать его и найти слабые места. — Он улыбается своей обычной жестокой и садистской улыбкой. — Лоренцо ни за что не сможет тебя победить, а у тех баб Паризи нет ни единого шанса. — Он легонько шлепает меня по лицу, а затем поворачивается и садится обратно рядом с боссом Паризи.

Я целую лоб обеих сестер и еще мгновение вдыхаю их сладкий аромат. Я готов на все ради них. Я возьму эту корону и буду оберегать их от бед. Я сделаю их настолько неприкосновенными, что даже Бог не посмеет с ними шутить.

Никто никогда не причинит нам вреда.

Больше никогда.

— Пожалуйста, будь осторожен. — взмолилась Кара, крепко держась за мой бицепс.

Я отступаю назад и смотрю на ее милое лицо. Как время пролетело так быстро? Когда-то она была маленьким, похожим на херувима2 ребенком, который следовал за мной повсюду, а теперь она стала великолепной и независимой молодой женщиной с мечтами и целями, которые меня пугают. Ее будущее пугает меня, потому что я не могу контролировать ее. Я никогда не смогу так поступить со своими девочками. Они не должны пройти через то, что пришлось пройти мне.

— Кара Миа, разве ты не знаешь, что дьявол заботится о своих? — Я усмехаюсь над ее возмущенным вздохом.

— В тебе нет ничего злого, старший брат. — Она обнимает меня в последний раз, прежде чем вернуться на свое место.

Если бы она только знала о моих эгоистичных поступках, она бы не думала так же.

— Ты ведь понимаешь, что она будет разочарована, правда? — Джиана шепчет так, что слышу только я.

— Я понимаю. Она узнала, что мы все скрывали от нее все эти годы. Ты должна стать ее союзником, Джиана. Будь ее силой и защитником. Как только она увидит, кто я на самом деле — что я должен сделать, чтобы уберечь нас от отца, — она больше не придет ко мне. Я не буду ее героем.

Джиана грустно улыбается мне и кивает.

— Ты всегда будешь моим героем, даже если будешь делать всякие гадости, которыми славятся только злодеи.

Я прижимаю ее к себе на пару секунд, пока наш отец не прочищает горло. Мы понимаем, что он хочет сказать.

Достаточно.

Мы проявляем привязанность, а это для него слабость.

Не для меня.

Их любовь и доверие ко мне — моя сила.

Я отпускаю Джиану и иду к клетке, где меня уже ждет Лоренцо. Его безумные глаза устремлены на меня. Я перепрыгиваю через ограждение клетки и приземляюсь на твердые ноги.