Шрифт:
– Обещаю. Проси, что хочешь...
– Ты обещал.
– Она снова уложила свою красивую головку на шезлонг, игнорируя три пары глаз, вопросительно уставившихся на нее.
– Кира, какая просьба-то?
– Дурачок, я же сказала - завтра, когда в порт вернемся.
– Кира, ты нормальная?
– Неа.
Глава 36
Когда они вышли на стартовое поле, «Спартанца» никто не признал. Вместо старого, покалеченного, кое-как окрашенного в серую гражданскую расцветку каботажника на стоянке стоял бодрый, ощетинившийся двумя турелями ПКО и обвесом дополнительного надкорпусного противолучевого бронирования полувоенный корвет в сине-белой ливрее ВКФ. Все четыре двигателя торчали на своих законных местах и также были прикрыты комплектом навесной допзащиты. Допотопную грузовую аппарель сменила трехсекционная десантная. Носовой рудовозный трюм превратился в настоящую летную палубу с катапультой и герметичным бронированным створом. Замутневшие от времени иллюминаторы пилотской кабины заменили военные бортовые перископы с панорамным обзором. Сказать, что корабль только что вышел из капитального ремонта прозвучало бы для него вульгарным оскорблением - судно подверглось глубокой боевой модернизации с использованием если не последних, то точно не устаревших технологий. На борту гордо красовался новый символ подразделения - древний круглый щит с двумя перекрещенными гладиаторскими мечами.
– Охренеть...
– Только и смог выдавить Алексей. Это наш каботажник?
– Нет. Это я вас на соседнюю площадку привела, посмотреть, к чему стремиться будем.
– На полном серьезе отрезала Кира.
– А теперь пошли к нашему «Спартанцу»...
– Кира... Ес пресиозо...
– Анжелика достала наладонник и сделала несколько снимков.
– Он прекрасен!
– Максыч, эмблемка какая-то знакомая... Это не твоя татуха, часом?
– Нет, Лешка, это не его татуха.
– Снова отрезала Кира.
– Это баклер и два гладиуса - новый символ нашего подразделения. Просто он очень похож на его татуху.
– Кира, нет слов... Сколько же это стоило?
– Почти вся его начальная стоимость, Макс. У меня лучшая команда, судно должно соответствовать.
Анжела закончила селфиться на фоне так сильно посвежевшего «Спартанца» и восхищенно повернулась к подруге:
– А внутри он тоже такой... новый?
– Внутри кабину штурмана перенесли вперед, между кресел пилотов в углубление носового шпангоута. Просто нам всем надоело запинаться за твои длинные ноги. И бортовуху освежили. «Андромеду» не трогали!
– Выставила ладонь вперед Кира, упреждая тираду Максима. Но тот смог лишь повторить:
– Кира, нет слов...
– Кира, а палубы, каюты, переборки - тоже покрасили?
– Леха, ну совсем-то в край не борзей! У меня вам с Ликой даже на Мрию не осталось. Нам ведь еще снарягу и провизию поднять нужно. Я же говорила про контракт?
– Кира, ты вчера с меня обещание взяла...
– Да, точно...
– Она искусно сделала вид, что забыла.
– Хорошо, что напомнил. Иди за мной.
Они обошли судно и поднялись в бывший носовой трюм, хотя теперь правильнее было бы сказать - поднялись на летную палубу. Наполи слукавила - палубы, внутренняя бортовая броня и гермопереборки по регламенту борьбы за живучесть были выкрашены вскипающей в вакууме герметизирующей спецкраской. Выкрашены в стандартные цвета российского ВКФ - белые потолок и борта с невысокой синей панелью понизу и красная палуба. Максим будто снова вернулся на свой «Владивосток», только очень маленький и очень новый. Посреди летной палубы гордо стоял свежеокрашенный согласно порядку старый абордажный штурмовик, когда-то чуть не ставший причиной гибели «Спартанца». Вот только сейчас вооружение с него было демонтировано - по законодательству кинетическое оружие разрешено только военным и... преступникам, которые законов не признают. Кира неспешно прошлась вдоль борта небольшой повидавшей виды машины, проведя рукой по изгибам корпуса.
– Это твой трофей, Макс. Летал на таких?
– Нет, на таких не приходилось. Он, наверное, старше меня...
– А сможешь?
– Она сдула со лба непослушную русую челку и хитро улыбнулась, бросая вызов военлету.
– Кира, я с каботажником справился. С этим велосипедом вообще без вопросов.
– Сейчас на Тихой окно - до вечера с планеты не уйдет ни один грузовик с морепродуктами. Поднимешь меня в космос?
– У него же транспондер...
– Лика давно перебила. Сразу, как на борт погрузили. Теперь это вполне законный списанный таможенный корабль. Помнишь, что ты вчера обещал?
От предвкушения у Климова взмокли ладони. Повторив жест Наполи, только с другого борта, он провел рукой от носового обтекателя до основания кабины, погладил каплеобразный купол сканера, хлопнул по законцовке атмосферника - древняя пилотская традиция, наладить контакт с машиной. Макс изо всех сил постарался изобразить на лице неуверенность, чтобы Кира еще чуток поуговаривала его, но эмоции выдали с головой.
– Запрыгивай!
– Открыв заслонку, он почти броском затолкал вскрикнувшую девушку на переднее кресло кабины, сам забрался назад. Здесь было намного теснее «Спартанца», зато сильно просторнее «сушки», и все на своих местах - двигатели, вооружение, ручка управления судном... Руки заскользили по знакомым привычным алгоритмам...
– Кира, пристегнись, тут нет страховочной скобы... Башня, это «Спартанец». Разрешите добро на выход малого судна!
– «Спартанец»? Какого судна?
– Разрешите добро на старт малого судна, приписанного к борту «Спартанец».
– Слушай, у нас тут военных нет. Скажи словами, ты на орбиту что-ли хочешь?
– Так точно. Разрешите добро на орбиту.
– Да валяй, сынок. До вечера небо свободно.
Бесшумно включились антигравы, тонко, в малую тягу, запели турбоатмосферные двигатели. Маленький кораблик чуть подвис, затем плавно выкатился на гравитационной подушке с летной палубы «Спартанца», аккуратно выплыл в круг стартового стола и не совсем по-уставному резво задрал нос кверху. Кира немного вскрикнула, когда из сидячего положения вдруг оказалась в полулежачем.
– По-самолетному или сразу?
– Поинтересовался Максим, но в допотопное зеркало визуального контакта заметил, что Кира не надела наушники. Она смотрела в небо и улыбалась.
– По-самолетному? Или сразу?
– Жестом показал Климов в зеркало, сначала проскользив рукой по горизонту, затем ткнув указательным пальцем вверх. Девушка ткнула пальцем ввысь и утвердительно закивала головой.
– Сразу, значит... Ну держись!
– Он дал полную тягу на атмосферники. Штурмовик резво отскочил от поля и помчался вверх, с нарастающим усилием все сильнее вжимая людей в кресла. Кира закричала от восторга, упершись руками в прозрачный купол над головой. Через несколько минут голубое небо потемнело, корабль легко преодолел линию Кармана, и глазам открылось невероятно красивое усыпанное звездами небо. Турбоатмосферники захлебнулись вакуумом, антигравы отключились, корабль немного провалился, отчего на мгновение пилоты оказались в состоянии невесомости. Загудели маршевые плазменные прямоточки.