Первым взревел Бабич. Его лицо исказила гримаса боли, он рычал что-то невразумительное, но сознания не потерял. Затем застонала Кира. Она обеими руками вцепилась в страховочную скобу, смотрела вперед, в капитанский иллюминатор, стонала и... улыбалась. Циферки скорости на мгновение замерли где-то около нуля, затем стремительно полетели в плюс - корабль начал разгон. Идущий встречным курсом пиратский транспорт разгадал маневр варяга и включил все свои восемь маршевых на торможение. Поздно! Два корабля, две песчинки в бескрайнем просторе космоса, с огромной скоростью разминулись в нескольких километрах друг от друга. Запиликал сигнал тревоги. Климов не мог разглядеть, он интуитивно чувствовал, как разворачиваются и берут упреждение обе башни ПКО «фаэтона», но выстрелить они не смогут - вся энергия реактора абордажника сгорает в дюзах мощных прожорливых «джексонов». За скорость надо платить!

Через полторы-две минуты перегрузка спала - «Спартанец» вышел на крейсерскую скорость. Отметка «фаэтона» уже пропала со сканера, перегретые «тулки» успокоились и теперь обиженно гудели равномерным пульсирующим рокотом, кресла в кабине вернулись в штатный режим. Какое-то время Алексей и Кира неподвижно лежали на подголовниках, пытаясь выровнять дыхание и поглядывали на ухмыляющегося Максима. Первым заговорил Бабич:

– Ты че ржешь, Максыч? Вас этой херне на флоте учат, что-ли? Я думал наш «Спартанец» в лепешку сложится... Почему он не выстрелил?

– У него энергии на выстрел не хватило, а для кинетического оружия дистанция великовата. Я сразу поняла, когда он сказал «сейчас я тебе его покажу».
– Отдышалась и включилась в разговор Наполи.
– Леха, сходи проверь Лику, что-то она примолкла...

– Елки-палки, а где Райнер?
– Спохватился Климов.
– Его же там по трюму в фарш раскатало...

– Да не-е... Я его на противоперегрузочную платформу притакелажил. Выжил он. Гниды просто так не дохнут.
– Леха выкарабкался из кресла и поплелся в каюту.

– Молодец, милый. Повторим как-нибудь?
– Когда Бабич покинул рубку, неожиданно улыбнулась Наполи.

– Кира, ты точно... сумасшедшая!

– Эй, варяг! Это военный патруль с крейсера «Даллас», второй лейтенант Вергара.
– Звено тощих «Хосе» во флотском сине-белом окрасе пристроилось в пеленг по левому борту.
– Мы приняли ваш сигнал. Назовитесь и доложите.

– Это «Спартанец». Нас преследует предположительно пиратский транспорт типа «фаэтон», отметка шесть-один-четыре, пресечена попытка перехвата и взятия на абордаж. Корабль вооружен. Место, известный курс и сигнатуру передаю в пакете.
– Четко отрапортовала Наполи.

– Дамочка, с чего вы решили, что пиратский? С чего вы решили, что вас преследуют? С чего вы решили, что вооружен? Это Техас, на эти луны знаете сколько народу прилетает?
– И в сторону, но так, чтобы его слышали.
– Достали эти туристы!

– А ты, два-лей Вергара, на его транспондер посмотри. Эф-эй-си-кей-вай-оу-ю-дальше-не-буду, по-английски читаешь или на испанский перевести?
– Раздраженно выкрикнул в микрофон Максим.

– Транспондер... Какая отметка? Шесть-один-четыре... Ха, шутник! Принял, «Спартанец», спасибо за сотрудничество. Удачного полета! Оставить вам сопровождение?

– Нет, второй лейтенант, спасибо.
– Расплылась в улыбке Кира.
– У меня свой классный пилот. Леха, как там Анжелка?

– Нормально.
– Донеслось уже из наушника.
– Жива, цела, солнышко хочет. В чувство привожу.

– Хорошо. Тогда сходи Вульфа в трюме проверь еще.

– Кира... Давай минут через пятнадцать, а? Я же сказал - в чувство привожу...

В уже знакомом порту Вила-Коста «Спартанцу» выделили то же самое место - на отшибе стартового поля, в отстойнике для грузовиков. Никого из экипажа это не расстроило - Анжелика вытащила на аппарель свой шезлонг и как обычно улеглась загорать в паре со смарткомом. Максим с Лехой собрались снова было соорудить чайную в шлюзе, когда Кира неожиданно скомандовала:

– Тридцать минут! Привести себя в порядок. Форма одежды - парадная! Мы идем к Пабло... кроме тебя, Лика, ты можешь валяться дальше.

Кортес удовлетворенно качнула головой и блаженно вытянула свои роскошные ноги под яркое курортное солнышко. Экипажи соседних кораблей принялись непрерывно шнырять по своим каким-то неизвестным делам, каждый раз стараясь проложить курс поближе к горячей испанке с наладонником.

Казино «Лас-Вегас» встретило компанию друзей уже привычным взрывом роскоши и рекламы. Максим в отличие от Алексея напустил на себя вид бывалого знатока лучших казино мира, и не обращал внимания ни на вспышки неона и стробоскопов, ни на дорогие атомокары у входа, ни на золотые канделябры, ни на голографических девушек, разгуливающих по асфальту. Он гордо шагал с Кирой под руку, посылая воздушные поцелуи каждой красивой и очень красивой проходящей мимо девушке. И все девушки обращали на него восторженные взгляды и тоже многообещающе хлопали ресницами - магия белого флотского мундира. Наполи пару раз попыталась сделать спутнику шутливые замечания, но когда очередная красотка жестом отправила с наладонника свой контакт ему на смартком, резко одернула его за локоть:

– Максим, это унизительно! Ты пришел со мной! Я тебя сейчас точно в асфальт положу. Это будет больно, ты пострадаешь!

– Перестань!
– Улыбаясь, отмахнулся Климов. Затем слегка привлек ее к себе и негромко шепнул в ухо.
– Я тебя просто спровоцировал. Хотел посмотреть твою реакцию.

Глядя на них Алексей только горестно усмехнулся «ну как дети мать вашу» и они зашагали дальше, волоча за собой непослушную ношу.

Красавец Пабло Эстебан, неизменно в белом костюме и черной рубашке, как обычно встретил их в гудящем холле: