– Ага! А ты думала, почему их наверху так мало?
– Алексей вывалился в главный пролет и открыл огонь.
– Вперед, прикрываю спину!

Своеобразный дипломатический метроном стих - теперь тараканы охотились на людей, защищали территорию. Забрало шлема то и дело покрывали красные метки, услужливо подсвечивая направление атаки. Глаза ослепли от ярких выстрелов в полутумане-полумраке. От постоянного грохота выстрелов и пронзительного предсмертного визга заложило уши. Бронекостюмы покрылись глубокими рваными порезами - стойкий к лучевому и кинетическому урону материал с трудом выдерживал рубящие и проникающие выпады. Сарацины сменили тактику - они наваливались сразу кучей, отчаянно стараясь в смертельном броске убить врага. Через полчища тараканов люди прорывались вперед, к пилотской кабине, прикрывая друг друга и оставляя за собой черные разорванные тела и пустые коробки магазинов. Наконец впереди показался знакомый носовой трап. Вдруг огромный корпус фрегата сильно тряхнуло, наступила тишина - притихли даже тараканы, почему-то прекратив свои бессмысленные контратаки.

– Все, Кира, я пустой!

– Прикрываю... Перезаряжай, пока чисто.

– Кира, я совсем пустой!

– У меня есть! Вперед! Бегом!

Человека с оружием у входа в рубку они не встретили - поняв, что его обходят, стрелок сменил позицию. У самого трапа людей атаковала пара сарацинов, но как-то странно - они просто кинулись напролом, словно пытались столкнуть с дороги неожиданно возникшее препятствие. Выстрелив последние заряды, девушка выщелкнула из пистолета опустевший магазин и пошарила рукой на поясе - боеукладка была пуста.

– Вот теперь точно все!
– Махнув напарнику рукой, Кира стремительно взбежала по трапу и ворвалась в пилотскую кабину.

В пилотской кабине никого не было. И самое страшное - она была мертва, разрушена, уничтожена, расстреляна картечью. Ни один монитор не светился, ни одна консоль не работала, полумертвый навком переливался красными транспарантами. Бабич пробрался к обширному носовому иллюминатору и торопливо соскреб ладошками иней - «Спартанца» за стеклом тоже не было.

– Кира!

– Леха, я вижу - Макса нет.
– Она устало опустилась в кресло капитана.
– Что там навком истерит?

– Ругается, что защита реактора отключена.
– Алексей отрешенно потыкал пальцем в мертвый, пестрящий красными сполохами экран.
– Нашей коробочке скоро конец. Эта гнида не только связь отрубила...

– Сколько у нас времени?

– Не знаю... На китайском все, сверкает, не разобрать.

– Надо вернуться на тягач!
– Наполи вскочила, привычно поправив рукой пустой пистолет в кобуре.
– Скорее!

– Какой смысл? В тягаче нет воздуха, мы оба дырявые. Через минуту поймаем разгермет, не долетим...

– Леха, ты же осназ! Нужно что-то придумать!

– Можно пойти и убить еще пару тараканов... да, голыми руками. Кира, иногда даже осназ не сможет победить! Нет оружия, броне хана! Что ты предлагаешь? Пойти спросить у сарацинов, где они спрятали космические скафандры? Да фрегат в любую секунду... Штурмовик! В третьем, мать его, ангаре!

Путь к третьему ангару они бегом преодолели за несколько минут. Никто в них не стрелял, что удивительно - даже тараканы не нападали. Алексей бежал впереди чуть слева, по уставу прикрывая «грозу» и успокаивая себя тем, что «ратник» сможет поглотить очередную порцию урона. По дороге он отчаянно душил в себе страх перед необходимостью снова вернуться в этот полный мертвяков кошмарный крематорий... У двери шлюза Бабич зажмурился, когда девушка смаху ударила ладонью по кнопке. Пронзительно рявкнул зуммер отказа. Снова удар по кнопке - снова отказ!

– Не открывается!

– Есть ручное управление! Как внешний люк, точно так же...

– Отставить. Система контроля шлюза исправна и работает.
– Кира медленно отступила в сторону, пропуская вперед Алексея.
– Там вакуум, Леха. Там ничего нет.

Алексей с замиранием сердца прижался с крошечному окошку в двери шлюза, сложив руки лодочкой. Ничего. Нет света. Нет мертвых тел. Нет штурмовика. Только холодные точки звезд в распахнутом гигантском створе ангара.

– Пятый... Это не он в засаду нас заманил. Это мы ему дорогу к штурмовику перекрыли... Он нас специально в обход отправил, время выиграл.
– Девушка устало уперлась спиной в переборку и медленно сползла вниз.
– Дай дух переведу. Устала. Сейчас придумаю что-нибудь.

Алексей тяжело сел рядом и приобнял Киру за плечо.

– Кира, давно хотел сказать... Я вас с Анжелкой очень люблю.

– И я вас. Всех...

– Макс, он... Нормальный мужик. Хорошо, что вы вместе...

– ...Спас-боты!
– Словно пружина подскочила Кира. Боевой модуль «ратника» послушно выстроил маршрут.
– Спасательные боты! Один есть! Первая палуба! За мной!

Они снова загрохотали башмаками по палубе мертвого корабля, наскоро пересекая негерметичные отсеки. Сарацины больше не нападали, они с визгом разбегались в стороны, уступая дорогу бегущим двуногим существам. Каким-то образом тараканы почувствовали, что стальной монстр обречен, и теперь метались в поисках дыры, пробоины или разлома в броне, спеша покинуть ставшее слишком ненадежным пристанище.

Отсек со спас-ботами! Зияют пустые глазницы стреляных катапульт, одна заряжена. Почему ей не воспользовались, нет времени выяснять. Обнявшись, они кубарем скатились в тесную кабину крошечного спасательного судна. Пока Бабич задраивал непослушными от усталости и возбуждения руками люк, Кира запустила бортовой компьютер. В тот момент, когда активировалась катапульта, корпус фрегата затрясла судорога. Жалобно завыли, заскрежетали покореженные фермы, застучали по обшивке осыпающиеся многочисленные обломки. Кира зажмурила глаза, короткая перегрузка прижала тело к ложементу, и даже сквозь закрытые веки и маленький круглый иллюминатор девушку ослепила ярчайшая вспышка взрыва ядерного реактора.