— Я не знала, что ты умеешь играть, — говорит Софи, глядя, как я расставляю доску.

— Мама и папа учили меня, но я так и не научилась. Я не умею думать заранее и в итоге совершаю кучу ошибок, которые потом меня же и кусают за задницу.

Софи придает мне самое комичное выражение лица. — Правда?

— О, ха-ха. Ты такая смешная, Софи. Самый смешной человек из всех, кого я знаю.

— Я, наверное, тоже, — говорит она. — Не хочешь начать? Тебе может понадобиться преимущество.

— В данный момент я воспользуюсь любым преимуществом.

Мы сидим за маленьким шахматным столиком в читальном уголке. Солнце за окном только-только садится, длинные лучи розового света падают на стол, блестящие частицы пыли плавают в кусочках света. Когда Софи наклоняется вперед, чтобы передвинуть одну из своих фигур, она пересекает путь одного из солнечных лучей, и от этого ее темные волосы сияют, как рубины.

Она очень серьезна и чрезмерно конкурентоспособна, учитывая ее явное преимущество надо мной. Мысленно я возвращаюсь к последней совместной игре, к доске "Trivial Pursuit", к подвыпившей Софи, и, конечно же…

— Не делай этого, — говорит Софи низким голосом.

Я поворачиваюсь и бросаю на нее удивленный взгляд. — Чего не делай?

— Думать о том, о чем ты точно думаешь.

— Что? Как ты можешь сказать?

Она закатывает глаза. — Ты смотришь в окно и у тебя на лице выражение, как у влюбленной девушки из старинной драмы. Это очень похоже на Энн Эллиот, тоскующую по капитану Уэнтуорту.

Я бросил на нее взгляд. — Я не тоскую… — Я останавливаюсь и вздыхаю. — Ну, как я могу не думать об этом? Разве ты не думаешь об этом?

— Сейчас ты должен думать о моем слоне и о том, что это значит для твоего коня.

— Мой конь? — Я бросаю взгляд на доску, понимаю, что она просто пытается отмахнуться, и снова поднимаю на нее глаза. — Забудь на секунду о моем рыцаре. Мой конь не заметил вашего слона, потому что он, вероятно, думает о том, чтобы поцеловать вашу королеву и заняться с ней очень горячим сексом. А твоя королева думает об этом?

— У моей королевы есть более важные дела, о которых нужно думать, — говорит Софи с безмятежной улыбкой.

Я наклоняюсь вперед, сужая глаза. — Ты хочешь сказать, что не думала об этом?

Она машет рукой, хотя ее щеки слегка покраснели. — Это просто секс, Эван.

— Просто секс? Какую жизнь ты ведешь втайне от всех, чтобы то, чем мы занимаемся, было просто сексом?

Теперь она наклоняется вперед, ее глаза сужаются, а губы кривятся в язвительной улыбке. — О, пожалуйста, Эван. Посмотри мне в глаза и скажи, что ты не трахал десятки девушек точно так же.

— Определенно не одинаково, ты с ума сошла? Кроме того, это же не… — Вместо того, чтобы защищаться, я понимаю, что она только что протянула мне что-то, с чем я мог бы ее поиметь. Я наклоняю голову. — Подожди-ка. Ты… ревнуешь?

Она смеется, низким, царапающим звуком, от которого волоски на моей шее встают дыбом. — Ты даже не представляешь, насколько ревнива.

Мое сердце учащенно забилось, а горло внезапно сжалось. — Правда?

— Нет, — говорит она, двигая своего слона и сбивая моего коня с доски. — Шах.

Но я слишком увлечен этой линией вопроса, чтобы даже обратить внимание на шахматную доску. Я пристально смотрю на ее лицо, ища признаки правды на ее красивом лице. — Ты лжешь.

Она качает головой и говорит с легкой ухмылкой. — Неужели так трудно поверить, что я могу хотеть для себя чего-то большего, чем встречаться с богатым мальчиком на дорогих машинах его отца — или чем ты там занимаешься?

Я откинулся в кресле, пожав плечами: — Нам не обязательно встречаться в дорогих машинах моего отца, Софи. У нас есть варианты, ты знаешь. Мы можем переспать в дорогом джакузи моего отца.

Секунду Софи просто смотрит на меня. Затем она поднимает бровь. — У тебя есть джакузи? Ты никогда этого не говорил.

— Да, у нас есть джакузи. — Я смеюсь. — Подожди, это действительно работает?

Она пожимает плечами. — Я буквально все время мерзну. Конечно, это сработало.

Я сузил глаза, пытаясь понять, не говорит ли она с сарказмом, что с ней всегда невозможно. — Правда?

Она кивает, совершенно искренне. — Правда.

Софи

Согласие остаться в доме Эвана, безусловно, казалось мне тогда ошибкой. Но я так много в своей жизни старалась быть осторожной, старалась поступать правильно, что, делая то, что мне хочется, я всегда в итоге чувствую что совершила ошибку.

Так что, думаю, в конце концов, я совершаю много ошибок, пока живу в доме Эвана. Ошибки вроде щедрого предложения его мамы пройти практику в ее издательской компании или согласиться на предложение его сестры сводить меня летом на настоящие американские вечеринки.