Управление которой располагалось где? На вилле «Блуждающие огни»? Кейс проходил мимо баров с разными забавными названиями: «Вверх-вниз», «Рай», «Le Monde», «Крикетисты», «Шизная Смита», «Крайний случай». Он выбрал «Крайний случай» – тот был самым маленьким и в нем было больше всего народу. Но уже через секунду Кейс понял, что это типичное место «только для туристов». Гудения биза в воздухе не чувствовалось, была только нетерпеливая сексуальная напряженность. Кейс вспомнил о безымянном ночном клубе над кабинкой Молли, но, представив себе ее глаза-зеркальца, сосредоточенные на маленьком экране монитора, передумал. О чем рассказывает ей сейчас Зимнее Безмолвие? Что объясняет? План коммуникаций виллы «Блуждающие огни»? Историю семейства Тесье-Ашпул?

Кейс взял кружку «Карлсберга» и нашел себе местечко у стены. Прикрыв глаза, неторопливо нашарил в себе сгусток ярости, маленький горящий уголек чистейшей злости. Ага, все на месте. Пока что. Но откуда это в нем взялось? Когда его уродовали в «Мемфисе», он не чувствовал ничего, кроме разочарования несбывшихся надежд; убивая кого-либо из чисто деловых соображений в Ночном Городе, он ощущал только пустоту; смерть Линды Ли в надувном доме в Тибе оставила у него воспоминание лишь о легкой брезгливой тошноте. Но не о злости. На его мысленном киноэкране, крошечном и далеком, выстрел вновь разметал голову Диана, заливая кровью и мозгом стены офиса. Теперь он знал: ярость и злость пришли к нему в аркаде, когда Зимнее Безмолвие отнял у него Линду Ли, лишив его простейшей животной надежды на пищу, тепло, ночлег. А окончательно свои новые чувства Кейс осознал только после разговора с голоконструктом Лонни Зона.

Ощущение было непривычным. И потому он не мог оценить, насколько оно сильно.

– Оцепенение, – пробормотал он.

Долгое время, много лет, он пребывал в оцепенении. Все нинсейские ночи, ночи с Линдой, оцепеневший, бесчувственный, в кровати и в ледяном узле сделок по наркотикам. Но теперь в нем тлело пламя, и оно согрело его, раскочегарило чип агрессивности. «Плоть, – твердило что-то внутри него. – Это голос плоти, не обращай на него внимания».

– Эй, налетчик…

Кейс открыл глаза. Рядом с ним стояла Кэт в темной одежде, с волосами, все еще прилизанными ветром во время безумной гонки по ночным улицам.

– Я думал, ты пошла домой, – сказал Кейс и отхлебнул пива, скрывая смущение.

– Я попросила Брюса ссадить меня у магазинчика. И купила вот это.

Кэт прижала руку к бедру и опустила ее вниз, так чтобы задрался рукав. На ее запястье Кейс увидел голубой кожный диск.

– Нравится?

– Конечно.

Кейс машинально стрельнул глазами по сторонам, проверяя реакцию окружающих, и снова посмотрел на девушку.

– И что ты теперь собираешься делать?

– Тебе понравился бета, который ты купил у нас, Люпус?

Она уже придвинулась к нему вплотную, излучая своим телом тепло и желание, расширившиеся зрачки в щелках ее глаз поглотили почти всю радужную оболочку, жилы на шее натянулись как струны. Она дрожала – видимо, только что приняла дозу.

– Тебе это пришлось по кайфу, Люпус?

– Ага. Но отходняк – сущий дьявол.

– Значит, надо повторить.

– Зачем?..

– У меня есть ключи. На холме сразу за «Раем» есть одно славное гнездышко. Хозяева отправились по делам на дно колодца, и если ты пойдешь со мной туда…

– Если я пойду с тобой туда?..

Она взяла его руку и зажала ее между своими горячими и сухими ладонями.

– Ты ведь як, верно, Люпус? Боевик, работаешь на якудза?

– Догадливая.

Кейс высвободил руку и полез за сигаретами.

– Тогда почему у тебя все пальцы на месте? Я думала, ты должен отрубать себе по пальцу каждый раз, когда облажаешься.

– А я еще ни разу не облажался.

Кейс прикурил сигарету.

– Я видела женщину, которая была с тобой. В тот день, когда мы встретились в первый раз. У нее походка, как у Хидео. Она меня испугала. – Кэт улыбнулась, широко и чуть диковато. – Но все же она мне понравилась. Как она относится к девушкам?

– Никогда ее об этом не спрашивал. А кто такой Хидео?

– Он охраняет Три-Джейн. Хранитель, так она его называет. Семейный страж.

Кейс заставил себя сохранить равнодушное выражение лица и по-прежнему спокойно изучал взглядом посетителей «Крайнего случая».

– Трех Джейн?

– Леди Три-Джейн. Она не из простых. Богачка. Ее отец владеет здесь всем.

– Этим баром?

– Вольной Стороной!

– Без врак? Классные у тебя друзья.

Кейс поднял бровь. Потом положил руку Кэт на талию, легонько ущипнул за бедро.

– Каким образом тебе удалось свести дружбу с такими аристократами, Кэти? Или, может быть, ты у нас темная лошадка? Может, вы с Брюсом на самом деле тайные наследники каких-нибудь древних состояний? А? Что скажешь?

Кейс гладил ее кожу сквозь тонкую черную ткань. Кэт прижалась к нему. Засмеялась.

– Нет, ну что ты, – сказала она, опустив ресницы, что, по всей видимости, должно было означать приступ застенчивости. – Просто она очень любит вечеринки. А мы с Брюсом регулярно закатываем пирушки. А там ей одной скучно. Ее старик разрешает ей иногда прогуляться, но только если Хидео рядом и следит за ней.