В восемь часов Чарли объявил, что на сегодня все, и пообещал вернуться к шести утра следующего дня. Он оставил после себя корень валерианы, мелатонин и ромашковый чай, которые должны были помочь Райли уснуть; средство от диареи, по понятным причинам; антигистаминный препарат, который, как утверждали некоторые наркоманы, помогал при беспокойстве в ногах; и, наконец, Фенерган - единственное лекарство, которое Чарли взял с собой по рецепту - от тошноты. Он также оставил стопку фильмов, которые, как он утверждал, были любимыми фильмами Райли для поднятия настроения, приобретенными до начала детоксикации, в надежде помочь облегчить депрессию, которая всегда сопровождала героиновую абстиненцию. Проблема была в том, что здесь не было телевизора или DVD-плеера. Райли, несомненно, в какой-то момент заложил их, чтобы купить наркотики.

Райли удавалось засыпать с интервалом в двадцать минут. Рвота и понос продолжались. Антигистаминные препараты никак не помогали успокоить его нервную систему. Он все ходил и ходил по комнате, пока у него не начался озноб, потому что это было невыносимо, и тогда он вернулся в ванну. Крошечный водонагреватель в квартире не справлялся с большим количеством ванн, в которых нуждался Райли, и в этот момент они попытались использовать стопку одеял. Это оказалось ошибкой, потому что из-за этого Райли не мог достаточно быстро добраться до туалета, когда у него снова начался понос. Уоррен урывками дремал, когда мог, но толку от этого было немного.

К тому времени, как Чарли приехал на следующее утро, Уоррен был совершенно измотан.

– Как у него дела?
– Спросил Чарли.

– Он снова немного поспал. Он пьет недостаточно жидкости. Ты мог бы глянуть, сможешь ли надавить на это.

– Тебе приходилось его сдерживать?

– Пока нет. Желание бросить все еще сильнее, чем голод.
– Но это ненадолго. В какой-то момент все может обернуться плохо.
– Я принесу желе, когда вернусь вечером.
– Это было полезно для желудка и давало немного жидкости в придачу.
– Пока особого беспокойства нет, но у меня такое чувство, что депрессия усиливается. Ты проверил ванную, верно? Бритвенных лезвий нет? Ничего такого, от чего он мог бы получить передозировку?
– Попытки самоубийства во время ломки не были чем-то необычным.

– Я пройдусь по этому вопросу еще раз. Убедись, что я ничего не пропустил.

– Хорошо. Я забираю домой кучу белья, чтобы постирать, так как у него нет машинки. Я вернусь к ужину.

– Спасибо, чувак. Хорошая новость в том, что у нас осталась всего неделя.

– Твои представления о хороших новостях далеки от истины.

Вернувшись домой, Уоррен засунул пропитанное рвотой и фекалиями белье Райли в стиральную машину, запустил цикл предварительной стирки и дополнительного полоскания и отправился спать. Тейлор встретил его в коридоре в одном розовом халате и с усталой улыбкой на лице. Он раскинул руки, словно собираясь обнять Уоррена, но Уоррен поднял их и попятился.

– Я провел последние двенадцать часов, убирая дерьмо и блевотину. Доверься мне. Ты не захочешь прикасаться ко мне, пока я не приму душ.

Тейлор отступил на шаг, прикрыв нос рукавом халата, как будто внезапно почувствовал запах того, с чем Уоррен столкнулся у Райли.

Он заговорил, прикрываясь рукой.

– Я ненавижу, когда тебя нет всю ночь.

– Я тоже. Сделай одолжение, положи белье в сушилку, когда оно будет готово?

– Конечно.

– У нас есть желе?

– Думаю, да. Хочешь, я приготовлю?

– Если можно.
– Из-за усталости Уоррену было трудно думать. Он чувствовал себя так же, как в тот день, когда он впервые привел Тейлора домой, когда Уоррен был таким уставшим, что едва держался на ногах.
– Мне нужно принять душ, а потом я лягу спать.
– И единственной причиной, по которой он не пошел спать сразу, было то, что он редко чувствовал себя так отвратительно.
– Сделаешь мне еще одно одолжение?

– Не будить тебя, пока не наступит конец света?

– Точно.

Он крепко спал и проснулся через несколько часов от того, что Тейлор забрался к нему в постель и прижался к нему в своем розовом халате.

– Конец света не наступил, - прошептал Тейлор.
– Я думал, что смогу прокрасться к тебе, не разбудив.

Уоррен притянул его к себе и крепко прижал к себе. В пушистом халате было ощущение, что ты обнимаешь мягкую игрушку в натуральную величину.

– Я не возражаю.
– Он проспал достаточно долго, и ему было приятно просто лежать, обнимая Тейлора.
– Прости, что я командовал тобой, как слугой. Это было грубо.

Тейлор пошевелился, запрокидывая голову, чтобы посмотреть на Уоррена.

– Ты не приказывал мне ничего делать. Ты попросил меня о паре небольших услуг. В этом нет ничего особенного.

Грубость Уоррена никогда не предвещала ничего хорошего в его отношениях. Его смутило, что Тейлор так легко простил его. В какой-то момент он понял, что Тейлору надоест иметь с ним дело.

– Тебе обязательно уходить сегодня вечером?
– Спросил Тейлор.

– Да.

– Как долго?

– На всю ночь.

– Нет. Я имею в виду, как долго продлится эта работа?

Это была не такая уж большая работа, учитывая, что ему не платили, но это было ни к чему.