Уоррен заставил себя кивнуть.

– Хорошо.

– И до этого момента это был самый потрясающий оргазм в моей жизни.

Кивни. Продолжай кивать. Ничего не выдавай.

– Я понимаю.

– А потом Джеймс отвез меня домой и уложил в постель. Он укрыл меня одеялом и сказал, что любит меня. И он дал мне обещание.

– Что он пообещал?
– Уоррен чувствовал, что ему это не понравится.

– Что он всегда будет рядом. Что он всегда будет заботиться обо мне, как в ту ночь.

У Уоррена закружилась голова от осознания неправильности происходящего. Он говорил спокойным и рассудительным голосом, не позволяя Тейлору услышать ни капли его недоверия или скепсиса.

– И это было то, чего ты хотел?

Тейлор кивнул, его глаза были закрыты, по щеке скатилась одинокая слезинка.

– Больше всего на свете.

– И что?
– Уоррен надеялся, что его голос звучит мягко.
– Что случилось?

– Он уехал учиться в колледж. Иногда у него появлялись подружки, но это было нормально, потому что я все еще учился в старших классах. Но, в конце концов, я тоже поступлю в колледж. И как только это произойдет, у нас не будет подружек. Были бы только мы с Джеймсом, и мы были бы вместе, как он и обещал. Но потом, в выпускном классе, он приехал домой на День благодарения. У него больше не было девушки, и я знал, что это потому, что он никогда не смог бы любить их так, как любил меня. Но он не проводил со мной время. Он каждый вечер уходил куда-то один.
– Он сглотнул и вытер слезы с лица.- И я скучал по нему. Поэтому я пошел в его комнату с ножницами. Я прорезал дырки в его школьной куртке. Я оставил ее на его кровати, чтобы он увидел, как только вернется домой. А потом я вернулся в свою комнату и стал ждать.
– Он сделал глубокий прерывистый вдох. Затем еще один.

– Он пришел?
– спросил Уоррен.

– Нет. Я пролежал там всю ночь. Только что я был напуган, а в следующую минуту уже волновался, понимаешь? И был готов, потому что любил его и всегда был готов к встрече с ним. Я просто хотел, чтобы мы были вместе, как раньше. Но наступило утро, а он так и не вернулся домой.
– Он снова вытер лицо.
– А потом в дверь постучала полиция.
– Он наконец встретился взглядом с Уорреном.
– Он был пьян.

– Он умер той ночью?

Тейлор кивнул. Он сделал еще несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться, хотя глаза отказывались оставаться сухими.

– На берегу водохранилища есть место, где люди совершают самоубийство, бросаясь в пропасть у подножия дороги. Они сказали, что он так поступил, но я знал, что это было не нарочно.
– Он снова вытер щеки, шмыгая носом.
– Он возвращался домой, ко мне. Я знаю это. Он бы никогда не нарушил данное мне обещание.

– И поэтому ты резал себя?

Тейлор кивнул.

– Иногда это был единственный способ перестать думать о нем. Было легче чувствовать эту боль, чем настоящую, понимаешь?

– В том, что случилось с Джеймсом, нет твоей вины, - сказал Уоррен.

Тейлор кивнул.

– Я знаю. Но я любил его. И я думаю о нем каждый день. Я думаю, если бы он только был жив, я бы не был такой. Я бы не был сломлен и не облажался, потому что он бы заботился обо мне.

Уоррен заставил себя кивнуть.

– Может быть.
– А может, и нет. В любом случае, это кое-что объясняло.
– Джеймс был тем, кто, ну, знаешь, сделал то, другое?
– Он не хотел употреблять слова «пописал» или «помочился».

Тейлор покачал головой, вытирая глаза.

– Нет. Я бы хотел, чтобы он подумал об этом, но он не подумал. Это был кто-то другой. Кто-то, с кем я был какое-то время.

– Когда?

– Я не знаю. Когда мне было двадцать или около того. Я думал, что он всегда будет заботиться обо мне, как обещал Джеймс, но он этого не сделал. Он был никем. Если бы не это, он был бы просто еще одним парнем, с которым я трахался несколько раз.

– Значит, ты все еще скучаешь по Джеймсу?

– Каждый день. Разве ты не скучаешь по Стюарту?

Так странно, что Тейлор поместил их в одно предложение, как будто их переживания были одинаковыми.

Или, может быть, со стороны Уоррена было глупо думать, что это не так.

– Нет, - сказал он.
– В последнее время почти никогда.

Тейлор кивнул, не сводя глаз с вазы. Он потянулся вперед и поднял ее, нежно покачивая.

– Как ты думаешь, кого-то можно вылечить, не будучи при этом исправленным? Как ты думаешь, шрамы на теле человека могут быть такими же красивыми, как в этой вазе?

– Я думаю, ты слишком беспокоишься о семантике. Единственное, что ты действительно можешь сделать, - это продолжать ставить одну ногу впереди другой.

Тейлор снова кивнул, но, похоже, на самом деле не расслышал. Он осторожно поставил вазу обратно на стол.

– Это нормально, что ты любил его, - сказал Уоррен, потому что что еще он мог сказать?
– Это нормально, что ты скучаешь по нему.

Тейлор моргнул, по его щекам текли слезы.

– Правда?

– Конечно.

Тейлор закрыл лицо руками, у него перехватило дыхание.