– Учтём, товарищ полковник, - ответил Корсар.

– Обеспечьте противотанковую оборону правого фланга! Корсар! Это сейчас в приоритете у тебя!

– Работаем, товарищ полковник!

– Сколько у тебя там карандашей на правом фланге?

– Одиннадцать.

– ПТРК?

– Пока только «морковки», «корнетчики» будут там через час.

– Я тебе даю ещё один танк, обеспечь ему работу на правом фланге роты Урала с исходной позицией на хуторе. Конец связи.

Корсар глянул в планшет, где он отмечал обстановку – танк на правом фланге «Зеи» совершенно не помешает – можно будет уверенно контролировать мост через ручей Овражный.

Только что штурмовая группа, наступающая по «Неве», столкнулась с серьёзным сопротивлением – противник, используя противотанковые гранатомёты, смог поразить танк-тральщик, убив командира танка. Полного уничтожения танка не произошло из-за отсутствия в танке боекомплекта, а начавшийся на борту пожар, механик-водитель, превозмогая сильнейшую контузию, смог потушить ручным огнетушителем.

Видя, что механик-водитель подбитого танка уже не может вести машину, и никакие угрозы не могут заставить его вернуться в танк, Сильвер сам сел за рычаги и протралил путь до «Двины», несмотря на ещё два подрыва и пару гранатомётных выстрелов. «Мангал» в это время расстрелял несколько огневых точек, обеспечив дальнейший успех действий штурмовиков, доехавших до «Двины» на БМП.

После захвата позиций на «Двине», бронегруппа по своим же следам на максимальной скорости двинулась обратно, сопровождаемая прилётами из всего, что только могло сейчас стрелять со стороны противника. Позиция напротив перекрёстка дорог была захвачена.

Оценив обстановку, вторым заходом бронегруппы Урал высадил на «Зею» закрепление, а штурмовиков Свата перебросили на «Десну».

На втором заходе Сильвер поймал под трал ещё одну мину, и когда вернулся на исходный рубеж на хуторе Гнилой, он не мог даже говорить. Из носа и ушей у него текла кровь, а руки дрожали так, что фастексы бронежилета оказались ему неподвластны.

Взвод Парижа, наступая по «Оке», успешно преодолел «Зею», однако, сосредоточенным огнём опорного пункта «Берёзовый», который был обустроен противником возле МТФ одноимённого совхоза, был остановлен. Дальнейшее наступление забуксовало.

– Кусок, - орал в рацию командир взвода. – Я тебя для чего от расстрела спас? Чтобы ты мне сейчас рассказывал какие-то небылицы? Нет непреодолимых рубежей! Давай, действуй! Только вперёд!

Кусок лежал вместе с остальным отделением в посадке, простреливаемой пулемётным огнём со стороны «Двины» и миномётным – со стороны Берёзового. Казалось, не было никаких сил, чтобы заставить себя встать. Он чувствовал, что ещё немного, и животный ужас полностью отключит сознание, заставит разум покориться страху и панике, и тогда всё, неминуемая гибель.

Нужно было что-то делать, и делать немедленно, пока миномётчики не нащупали, в каком месте лесополосы залегла штурмовая группа.

Кусок обернулся и тут же встретился взглядом с молодым мальчишкой, только вчера прибывшим во взвод – доброволец, вчера ещё бравирующий своим крутым видом, стильной бородой и крутым «мультикамом», сейчас лежал в холодной луже, проломив тонкий лёд и стрясся от страха.

– Ты, - крикнул Кусок. – Как там тебя?

– Вася, - ответил модный мальчишка.

– Позывной?

– Не помню, - надрывно дыша, сказал Вася – от переживаемого потрясения он уже был не способен на адекватное восприятие действительности.

– Встал! – крикнул Кусок, интуитивно понимая, что только уверенность в голосе и чётко выраженные простые команды, способны будут преодолеть у «первоходов» нарастающий страх, - в атаку!

Тот начал подниматься на четвереньки, рядом зашевелились другие бойцы. Сам Кусок, борясь с собой, заставил себя подняться, слыша визги пролетающих мимо пуль.

– Группа! Вперёд бегом марш! – заорал Кусок.

Услышав свист падающей мины, он только огромным усилием воли заставил себя не броситься на землю. Где-то в глубине души даже мелькнула мысль «если убьёт, значит, судьба».

– В атаку, - он сделал несколько шагов и со всей силы пнул ногой в бок лежащего в луже бойца. – Если не поднимешься, я тебя прямо здесь расстреляю!

Для убедительности Кусок сделал пару выстрелов в грязь, рядом с головой солдата. Тот стал подниматься.

Только угроза более очевидной смерти сейчас гнала людей в бой, где риск погибнуть, конечно, был очень большой, но и можно было выжить. Здесь же Кусок не оставлял шансов на жизнь, и угрозы его было более чем реальны – перед атакой Париж разрешил ему использовать все доступные меры принуждения подчинённых к исполнению приказов, вплоть до расстрела на месте, и исчерпав остальные доступные варианты, командир группы уже приготовился к показательному наказанию отказника.

Однако, парень всё же нашёл в себе силы встать и отрешённо побрёл вперёд. За ним стали подниматься и другие. Спустя минуту, Кусок организовал огонь всей группы по огневой точке на «Двине», которая мешала продвижению, и вскоре пулемёт замолчал.

– Идём, не стоим! – подгонял он своих бойцов. – Покажите то, чему вас учили!

***

– Товарищ полковник, - одной рукой Корсар двигал изображение на планшете, другой держал цифровую радиостанцию. – Под наш контроль взяты по «Зее» квадраты один, два, восемь, девять, десять, семнадцать и восемнадцать. Промежутки зачистим в течение часа-двух, как только завезём закрепление. На «Двине» под нашим контролем квадраты один, два, восемь, девять, десять, идёт продвижение на северо-восток. Противник начал оказывать сопротивление эфпиви-дронами, постоянно идёт миномётный обстрел, прошу подавить цели… - Корсар стал перечислять районы, где «мавикисты» вскрыли месторасположение миномётов.