Ранговые бои Андрей не пропускал. В товарищеских не участвовал — там не платили. За титулами не гнался, но выиграть стремился — победитель получал больше. Иногда дрался на «голых кулаках» в «Талкаче». У людей зрелищ осталось совсем немного. Раньше певцы, фокусники, циркачи, танцоры заглядывали с гастролями, а сейчас тараканьи бега да мордобой.

Он готовился в дальний путь домой и в то же время не хотел возвращаться. Дорога казалась непосильной и, главное, не звала. Было такое ощущение, что дивный замок, который виделся в бинокль на далеком острове, за волнами и туманом, вдруг исчез. Тем не менее, собирался. Подготовка стала его зацепкой, смыслом существования, а иначе бы обвалится в пропасть, в которую уже заглянул.

Кто-то тронул за руку:

— Эй, старичок.

Андрей встрепенулся, повернул голову. Рядом шел Чека, заглядывал в глаза и загадочно подмигивал:

— Привет.

— Здорово, — Андрей остановился, огляделся. Широкий коридор, в котором днем толпились люди, поздним вечером был пуст. Лишь два уборщика выгребали урны. Знакомец был один.

— Надо поговорить, — прошептал бородач, многозначительно дернул бровями.

— Слушаю.

— Не здесь же, — Чека выкатил глаза, — очень ценная информация, не пожалеешь.

— Ну, пошли.

Сначала Андрей хотел повести ватника в «Аэроденс» и там, в приватных апартаментах выслушать, но передумал. Спустя десять минут они были у него в комнате.

— Да, — без энтузиазма проговорил Чека, окидывая номер критическим взглядом, — по-спартански.

— Внимательно слушаю, — Андрей опустился на кровать, гостю предложил единственный стул.

— Без птичек? — бородач уселся, стрельнул взглядом по углам потолка.

— Все чисто, можешь говорить смело.

— Слушай, такое дело, — Чека наклонился, оперся локтями на колени, — один человечек из Невинномысска шепнул, что на Черкесск идет буря. Сильная снежная буря.

— И что? — спросил Андрей незаинтересованным тоном, — и как это из Невинномысска он вам сообщил быстрее бури?

— По линии, по проводной.

— Так ею только…

— Да, да. Он в секретариате у Почтаря работает. Слушай и не перебивай, — сердился Чека, — в общем, буря сильная идет с Черного моря, прошла недалеко от Адлера. В Адлере подумали, что на Невинномысск, им отстучали по телетайпу. Провели новые расчеты, оказалось, что и не на Невинномысск, а прямехонько на Черкесск…

— Постой, — Андрей поднял руку, его рот искривила недоверчивая ухмылка, — мы же с ними союзники. Будь что-то опасное, они бы с нами связались.

— А вот не связались или свяжутся, когда будет уже поздно, так на всякий случай — вдруг выживем. Думаешь, им некуда сложить наши запасы. Мутяры только людей хапают, если что.

Андрей усиленно размышлял.

— Так вот, — продолжил Чека, — буря уже прошла Медногорский, сильная, большая, черная и в ней, — бородач замолчал, пристально посмотрел на Андрея, потряс назидательно пальцем, — в ней что-то огромное. По расчетам, по направлению ветра… Да-а, — Чека закивал, заметив в глазах собеседника вспыхнувший огонек недоверия, — сейчас там дует, — пальцем указал на потолок, — сможешь проверить, когда уйду. Этот ветер все усиливается и гонит бурю сюда. Подхожу к главному, — Чека выдержал паузу, продолжил, — Воронок чирикнул, завтра утром к двенадцати часам в тайное место приходит «караван». Буря же ожидается во второй половине дня, ближе к четырем. Армейский поезд наша единственная надежда, на нем мы должны уехать.

— Кто это мы? И с чего взял, что я вам стану помогать?

— Мы — это тесный кружок единомышленников, как раз столько, чтобы уместиться в поезде. А помогать станешь по той причине, что у тебя не такой уж и богатый выбор. Раз ваши не знают о буре, значит, и не готовятся. Даже если и готовятся, — Чека заметил в глазах Андрея беспокойную мысль, — все ровно Черкесск не спасти. Буря идет по наши души. Сдается, несет нечто такое, чего мы еще не видели в самых страшных снах.

— Зачем вам я?

— Сам подумай, — Чека скосился на нагрудную кобуру Андрея, — кроме того, отличный боец. Мы за тебя всем союзом болели. Есть у нас люди суровые, но с пулеметом не поспоришь. А ты личный телохранитель Раша. Тебя все знают и к поезду допустят.

Андрей не отвечал, сидел неподвижно и думал. Спустя минуту, спросил:

— Куда хотите ехать?

— Сначала двинем на Армавир, затем с заездом в Ростов для пополнения запасов через Богучар в Воронеж. Надо держаться дальше от воды. Есть инфа, чем глубже на материк, тем меньше мутяр. Они по ходу из моря лезут, а может, даже из рек и озер. Ну, так как?

Андрей мог бы и дальше задавать вопросы, уточнять, сомневаться, но к чему? Сейчас все варианты, в какой ни ткни — сомнительные. Подвернулся случай отправиться домой, да еще на транспорте — надо хвататься. До Воронежа — это о-го-го какой кусок дороги.

— Мне надо подумать, — сказал Андрей, уже согласный.

— Ты понимаешь, Летеха, мы многим рискуем, раскрыв тебе свой план.

— Понимаю. Также я понимаю, не будь у вас безвыходного положения, обращаться ко мне вы бы не стали. Я не то чтобы член политбюро, я даже не рядовой товарисч. С хера ли ты приперся? Значит, без меня у вас ничего не получится. Вы ничего не теряете с моим отказом. Даже если предупрежу охрану, вы так и так не решитесь нападать — нападальщика нет. Так ведь?