«Надо отсюда валить, — по-настоящему ценная мысль завладела его сознанием. — Но как? Там тварь, которая укокошила за пару минут двух вооруженных мужиков? Затаиться и переждать? А если мутяра возьмет мой след или подмога с КПП ее укокошит? Тогда сторожа, чтобы обезопасить себя в дальнейшем, или найти меня, просто обязаны прочесать здание. Нет, надо выбираться прямо сейчас, — судорожно соображал Андрей. — Руки! Развязать руки!».

В кромешной темноте двинулся к воображаемой двери в квартиру. Шел осторожно, опасаясь привлечь хищника. Но тому, было не до него. Сверху доносились чавкающие звуки, треск раздираемой ткани.

Дверь справа оказалась запертой, впрочем, как и слева. С предельной осторожностью Андрей двинулся на второй этаж. Там ему повезло больше, одна квартира оказалась не запертой. Не сделал и двух шагов, как налетел на что-то громоздкое. Мерзкий скребущий звук заставил взбрыкнуть сердце и превратиться в камень. Весь слух обратился к лестничному маршу. Чавканье стихло, но спустя минуту возобновилось.

Андрей обошел мебель и еще с большей осторожностью продолжил перемещение по квартире. Хотел найти кухню. По опыту знал, в большинстве случаях, она располагалась ближе остальных помещений к выходу. И не ошибся, буквально через метр правая стена свернула, и он провалился в пустоту примыкающего коридора, который через четыре шага закончился комнатой со столом, стульями, тумбами, раковиной и холодильником. Все это Андрей пересчитал пальцами и бедрами. Понадобилось время, чтобы найти выдвижной ящик в одной из тумб, а в нем нож. Его закрепил лезвием вверх в том же ящике, придавив крышку задом. После чего осторожно принялся перерезать шнур.

Лезвие оказалось острым, что сказалось на крепости пут. Освободившись, Андрей забрал нож. В пластиковых отделениях кухонного органайзера нашел еще один подходящий по размеру. «Все, теперь наверх. Хотя нет». Убрал холодное оружие в глубокие карманы куртки, принялся шарить, постепенно продвигаясь влево. Скоро нащупал решетку, газовую конфорку, а там уже и искомое. От волнения тряслись пальцы, поэтому зажечь спичку с первой попытки не получилось. Зато со второй пламя раздвинуло темноту, открывая потаенное.

Пока горел огонек, Андрей успел найти на холодильнике газету и журнал. Таблоид сунул в карман, а многотиражку наскоро скрутил в трубку. С факелом подошел к приоткрытой входной двери, некоторое время прислушивался. Нечто хищное все еще насыщалось. Хруст костей на зубах и чавканье заставили содрогнуться. Андрей вернулся в квартиру, прошел в зал. От оконных перемычек и балконной двери к центру комнаты растекся сугроб. Сколоченный деревянный щит был оттеснен снегом к стене. Только сейчас, глядя на конструкцию, Андрей догадался, почему в кухне не оказалось сугроба. Перед отъездом хозяева постарались обезопасить имущество. За шторами он не увидел запора.

«Что ж, надо копать», — Андрей огляделся в поисках чего-нибудь для этого подходящего. На полках «стенки»: книги, рюмки, бокалы, статуэтки… Вернулся на кухню. Эмалированная крышка от кастрюли и дуршлаг показались вполне пригодным инструментом

По сугробу он забрался под потолок, принялся рыть проход. В течение пяти минут сделал углубление, в котором мог развернуться. Снег, который выбирал из ямы, сбрасывал на вмятины от ног на склоне. Он рыл тоннель в соседнюю квартиру, входная дверь которой открывалась в другой подъезд. По прикидкам предстояло преодолеть метров пять, шесть.

Андрей копал, не останавливаясь. Пот тек по лбу, ел глаза, дышать становилось все труднее. Окно в соседнюю квартиру оказалось забаррикадированным, только не сшитым из досок щитом, а цельным ДСПэшным листом. Андрей проломил его ногами, после чего пролез в образовавшуюся брешь. Зажег спичку.

До этой квартиры мародеры не добрались. В глаза кидалась богатая обстановка, помпезность и захламленность. «Ну, что? Вселенная еще любит меня?», спрашивал Андрей у себя. Глаза разбегались, глядя на картины, развешанные по стенам, на лепнину под потолком, на люстру — паука с висюльками, на ножи, сабли, карамультуки развешенные на ковре, над кожаным диваном.

Андрей опустился на подушки. Тело возопило благодарственный гимн с такой силой, что зазвенело в ушах. Нащупал в кармане журнал и пока сворачивал в трубку, уже, наверное, в десятый раз представил, как к пятиэтажке по следу «бурана» подкатывают два снегохода, с них спрыгивают четверо вооруженных стрелков. Забираются на балкон, гасят «мутяру» и сбегают по лестнице. Лишь продолжающееся затишье давало Андрею надежду, что снежик на КПП все же был один.

Чиркнул спичкой по коробку. Пламя поднес к краешку бумаги. Снова подумал, чтобы отсидеться. Но, что, если, сторожа обыщут дом? Что, если, Влад рассказал не только про снегоход, но и о Максе, которого доставили Буре, а родитель теперь идет за сыном? «Черт, как же обидно, — думал Андрей, отбрасывая потухшую спичку, — вот помогай после этого человечеству».

Он поднялся, встал на диван, держа в левой руке факел, правой вытащил из украшенных ножен шашку. «Вау», — отточенный клинок хищно поблескивал в свете пламени. Андрей резанул им воздух: «Красота». Вспомнил, что торопится, а лист прогорает, сорвал с ковра еще эпичный кинжал, поспешил к входной двери.

В голове толкались мысли, выстраивались в последовательную цепочку, которая затем разошлась на две. Первая: он поднимается по лестничному маршу на третий этаж, осматривается и если охранников не видно, садится на «буран» и валит куда подальше. Вторая цепочка предполагаемых событий выглядела так: сторожа подъезжают, либо уже на месте. Он попытается завладеть одним из их транспортов. Конечно, вряд ли это получится, скорее всего, оставят охрану. Уйти по снегу не вариант. Попробует с последнего этажа залезть на крышу и там зарыться. Вступать в схватку с вооруженными стрелками у него даже не возникало мысли.