Сто тринадцатый сел в отдалении и стал вытаскивать из рюкзака разные предметы. Это была: старая выцветшая разгрузка, которую он сразу надел; два пистолета, на которые он накрутил глушители; набор метательных ножей, которые он сразу разложил по кармашкам; набор пластиковых наручников; прибор ночного видения; и кучу еще разных вещей; какой-то шприц с мутным содержимым; и необычную тонкую накидку.

Лиза, отдав курсантам необходимые для обустройства бивака распоряжения, подошла к сто тринадцатому и, присев на корточки, с интересом наблюдала, за тем, что он делал. Потом, она не выдержала распирающего ее любопытства, и спросила:

— А что ты делаешь?

— Собираюсь на задание!

— А почему разгрузка такая старая?

— Это счастливая разгрузка! С моего первого задания, — серьезно ответил молодой парень, — я без нее на задания не хожу. Это наша примета такая!

— Ты веришь в приметы? — удивилась Лиза.

— Ну-у… не то, чтобы очень верю, — замялся ее заместитель, и повторил упрямо, — но разгрузка счастливая.

— Ну хорошо, хорошо, — примирительно сказала капитан, — а это что за накидка?

— Смотри! — сто тринадцатый накинул на себя накидку. Лиза ахнула. Он исчез. То есть, стал почти прозрачным.

— Что это? Как ты это сделал? — спросила с восхищением девушка.

— Это не я! Это накидка такая. В ее структуру вплетены специальные световолокна. Когда я надеваю ее, световые лучи огибают мою фигуру, и показывают то, что находится за моей спиной. И я становлюсь — как бы — прозрачным.

— Здорово! А откуда ты его взял? — с любопытством спросила капитан.

— Так, подвернулся случай на одном задании. Потом, как-нибудь расскажу. Теперь ты понимаешь, почему мне нужно идти одному? Вот тебе мой теплый плащ, тут кнопка включения.

— Я не лягу спать, пока ты не вернешься, — твердо ответила Лиза.

— Спасибо. Мне пора! — сто тринадцатый встал и попрыгал на месте. Ничего не звенело и не тряслось. Потом, накинул накидку и «исчез».

— Юра, я тебя провожу, — тоном не допускающим возражения, сказала девушка.

— Хорошо, но только не далеко.

— Почему?

— Чтобы я не волновался, как ты вернулась обратно. Может быть тут снежные тигры водятся, — он улыбнулся.

— Нет тут никаких снежных тигров. Я тоже читала материалы к экспедиции, — засмеялась Лиза.

— Все равно я буду волноваться.

— Я тоже. Обязательно вернись, — попросила девушка.

— Обязательно, ведь я должен узнать про друга! Ну все, мне пора! — они прошли мимо курсантов, которые раскладывали вещи.

Когда молодые люди отошли на метров сто от стоянки, сто тринадцатый решительно сказал:

— Все! Дальше я сам.

— Хорошо, — ответила Лиза и выжидательно посмотрела на Юрия. Он крепко обнял ее и поцеловал в лоб.

— Я обязательно вернусь! — шепнул Юрий ей на ухо, и, повернувшись, скрылся в кустах.

«Поцеловал меня в лоб, — разочарованно подумала Лиза. — Я ему что, девочка маленькая? Ну он меня плохо знает. Он решил по-своему, а я сделаю по-своему!» И она решительно зашагала обратно в лагерь. У нее тоже был свой план.

Сто тринадцатый быстро шел по тропе ведущей к левому краю ущелья, в которое они должны войти завтра. Он был уверен, что засаду бандиты устроили именно там. Правый край был долгим и открытым. Спрятаться там было весьма затруднительно. А вот левый край был высоким и отвесным и на нем обустроить укрытие было значительно проще.

Пройдя три километра уже почти в темноте, пользуясь прибором ночного зрения, он почувствовал запах двух человек. Резко воняло кислым, немытым и несвежим запахом грязного человеческого тела и заношенной нестираной одежды. Подойдя, стараясь не шуметь, ближе, он услышал разговор двух бандитов:

— Сколько их еще тут ждать? Они же не идиоты, чтобы ночью переться через это ущелье? Можно было рано утром их начать сторожить! А мы тут должны всю ночь сидеть. Ты ничего не захватил?

— Конечно захватил! — раздался звук откупориваемой бутылки и бульканье.

— Держи, согрейся. Но смотри, нам всю ночь сидеть, не выдуй все зараз. Снова раздалось бульканье.

— Хватит, присосался! — раздался недовольный голос. — Давай бутылку обратно.

— Клоп, как думаешь, сколько мы получим за этих цыпочек? — послышался хриплый голос.

— Немало. Ты видел их фотки? Кровь с молоком! Жаль, самая красивая, с обрыва сорвалась. Но ничего, мы их сначала попользуем! Люблю таких чистеньких! А то эти шалавы с борделя, потасканные все и страшные как смерть!