— Прекрати.

— Прекратить что?

— Я не хотела тебя задеть, а ты смотришь так, будто хочешь вырвать у меня кусок из горла. Пре-кра-ти. Немедленно.

Макс молчит пару мгновений, и я уже думаю, что вот сейчас наша хрупкая гармония треснет и развеется, будто и не было ее никогда, но…нет. Неожиданно он меня удивляет, слегка усмехается, пару раз кивает, а когда смотрит снова, нет в его глазах и толики льда.

— Ты не только щуришься императивно, дорогая.

— Ага. Топай, потому что в твоем доме Астра, а с ней тихо долго не бывает.

Александровский снова усмехается и все же ныряет в омут с головой, подхватывая Августа на руки. Тот даже не просыпается. Вот у меня всегда! Я так ловко не могу, он уже слишком большой, чтобы мне на это хватило сил, и на миг я даже ревную, когда смотрю, как они уходят, но вовремя себя одёргиваю.

Нельзя. Это глупо.

«Точно. Глупо. Надо напоминалку в телефон поставить…»

Как только я вспоминаю о телефоне, он тут же дает о себе знать короткой вибрацией. Вздыхаю. Встаю.

«Черт, надо бы сбросить с себя этот морок, я как будто под заклятием…» — и правда же. У меня так и стоит перед глазами картина, где он смотрит на Августа так трогательно…

Мотаю головой.

«Боже. Это просто ад…Мне просто необходимо отвлечься!»

И у меня появляется такая возможность, как только я читаю то, что пришло мне в сообщении.

Макс; 31

Я укладываю его на свою кровать так бережно, как только могу. Мне кажется, что любое мое движение — и я его просто сломаю. Такой маленький, с тонкими ручками, маленькими пальчиками, ладошками. Он слишком хрупкий для меня. Когда я опускаю ладонь ему на спинку, она занимает почти всю ее площадь, и от этого осознания у меня снова бегут мурашки и поджимаются внутренности.

«Черт, какой же ты маленький…»

Август недовольно сопит, и я сразу отшатываюсь от него, как полный идиот. Сам это осознаю лишь через мгновение, даже усмехаюсь. Подумал, что сделал что-то не так, а он просто устроиться поудобней захотел. Развалился звездочкой, прижимает к себе утку, сосет палец — маленький царь. На этой кровати он выглядит странно, но до боли забавно, если честно, и все же надо будет привести сюда что-то по размеру.

«Точно…» — поставлю галочку в списке дел, а пока просто накрываю его пледом и тихо выхожу за пределы комнаты, прикрывая дверь.

Хорошо, что у меня есть старший брат с богатым, жизненным опытом. У Миши четверо детей, последний, наконец-то мальчик, родился всего год назад, и он был так счастлив, а я…Черт, когда я видел, как он гладит живот Жени, меня жрало ложками изнутри. Все это было у меня украдено…

«Не кипи…» — включаю радио-няню, которую купил по совету Миши, чтобы проверить ее функциональность, а сам стараюсь изо всех сил успокоится.

Подкидывает все равно. Внутри меня — ураган и пожар, едко пожирающий внутренности, пусть снаружи я и выгляжу спокойным. Работа меня этому научила — теперь я не взрываюсь, как подросток, складирую все в себе, пока не появляется возможность выплеснуть наружу. Сейчас ее нет. Сейчас я должен держаться.

Спускаюсь вниз и захожу в гостиную, где сидит Астра, мама и Адель, а машина Марины как раз заезжает в ворота. Сегодня у нас ужин — мама настаивает, чтобы ни смотря ни на что, все мы приезжали два раза в неделю к ней. Включая Настю. Они с мамой поладили, что, беря во внимание все остальное, не казалось таким уж странным. Без поняти о чем они там говорят, и знать не хочу, но говорят они много. Вот недавно прилетели с курорта. Были в горах, в Швейцарии — счастья полные штаны.

Не помню, когда сам в последний раз где-то был, но это я тоже исправлю. Слегка усмехаюсь, заходя в гостиную, и сразу ловлю на себе взгляд мамы. Предупреждающий. Она словно читает меня, как книгу, и это бесит, но я строю самую миролюбивую мину, а потом присаживаюсь на диван и спрашиваю.

— Что за шабаш?

— Мы наблюдаем за львицей в ее привычной среде обитания.

— Что, прости?

Та лишь хитро улыбается, поблескивая глазами, но потом переводит взгляд, цепляя и мой следом. Амелия. Я сразу ее нахожу, безошибочно, не смотря на то, что она такая маленькая в этой огромной кухни. Не теряется совсем, о нет, я ее больше из вида не потеряю никогда. Снова отметаю все эти мысли, немного расслабляясь на диване, когда девчонка орет в голос.

— Какого хрена, ты совсем обалдел?! Что это значит?!

Красиво. Когда она злится, это всегда красиво.

— Что происходит? — спрашиваю у Астры, та с усмешкой закатывает глаза.

— Эрика-балбеса уволили. Насколько я поняла, устроил драку в офисе. Вот говорила я Мел, не связывайся с ним, он — мудак. Никогда меня не слушает.

— А Эрик — это…? — аккуратно вступает Адель, на что Астра просто жмет плечами.

— Это ее лучший друг, еще они вместе работают. Кстати, он крестный вашего сына, Макс.

— Отличная новость.

— Ага, я тоже была не в восторге. Он меня бесит. Вечно ворует мои конфеты!