Вот только как бы мы ни старались, какие бы методы (даже самые жесткие) ни применяли — особого толку от этого не было. В том смысле, что ничего полезного они не говорили.

Хотя удалось найти некую «закономерность» — во всех случаях был некто, кто снабжал будущую банду деньгами. Что это за меценат и откуда он взялся — выяснить не удалось. Каждый из взятых нами главарей своих благодетелей описывал по-разному.

Получается, «благодетель» тоже был подставным, точнее подставными…

Пока мы безрезультатно бились с этими недоделанными мародерами, Торм и его аналитический отдел тоже не сидели без дела.

После очередного моего отчета, отправленного Торму, полковник вызвал меня на связь.

Когда я уселся за терминал связи, экран зажегся, и с него мне прямо в глаза глядел даже не Торм, а Игорь Анатольевич. Когда-то этот человек вытащил меня из задницы, в которую мы попали из-за моего упрямства и тупости офицера 8-го флота. Быть бы мне уже на гражданке, если бы не человек, глядящий сейчас на меня с экрана.

— Добрый день…э-э-э…г-дин, — я растерялся, так как не знал звания Игоря Анатольевича, хотя знал — он непосредственный начальник Торма и, как я понимал и как слышал, второй человек во всем 8-ом флоте после «директора».

— Можно просто «Игорь Анатольевич», — мягко сказал собеседник. — Ну что, вижу, что не зря тогда решил вас оставить в ВКС — вы сделали карьеру…

— Ну… — скромно пожал я плечами, — не такая уж и карьера…

— Да полноте, коммандер Кураж, — усмехнулся Игорь Анатольевич, — вы уже без пяти минут майор, а там и до подполковника, полковника рукой подать… А дальше? Кто знает — может, и до генерала дослужитесь.

— Боюсь, не потяну, — честно признался я.

— Рожей не вышли? — рассмеялся собеседник.

— Скорее мозгами.

— Скромность — хорошее качество, но не всегда уместно, — заметил Игорь Анатольевич. И было совершенно непонятно — шутит он сейчас или говорит всерьез, — в наше время совершенно безмозглые существа рвутся наверх, и что самое печальное — им это удается. А перспективные офицеры скромно сидят, думая, что им подобное не по плечу.

Я отмолчался, не зная, что ответить. Понятия не имею, о ком Игорь Анатольевич, и тем более не понимаю, как мне на это реагировать.

— Ну что же, обмен любезностями, полагаю, завершился, — вздохнул он, — пора переходить к делу.

Я напрягся. Сейчас, кажется, меня озадачат чем-то таким, что мне совершенно не понравится…

То, что сказал нам Игорь Анатольевич, действительно было новостью. Нет, кое о чем мы уже и сами слышали, но думали, что это все враки и просто слухи. Но нет.

Тот самый адмирал Нельсон был на свободе. И ладно бы сидел под домашним арестом или же был освобожден, но лишился всех званий и регалий.

Пока что он был отстранен от службы и командования, однако сохранил свое звание, награды и влияние. В ВКС уже началось брожение на тему того, кто поддерживает опального адмирала, а кто не приемлет его возвращение.

Сам Нельсон тоже долго молчать не смог — то и дело он выступал на голоканалах, давал интервью журналистам. Однако все его интервью сводились к одному — он не отвечал на поставленные вопросы, а тупо гнул одну линию — выдавал монолог на тему того, почему в ВКС все так плохо, тем самым давая новый разгон старым новостям, в которых песочили вояк.

Адмирал с пеной у рта, брызжа слюной, орал, что руководство ВКС погрязло в политике, рвется к власти, плевать хотело на нужды и требования граждан.

Короче говоря, он обвинял руководство ВКС во всех тех грехах, в которых был замазан сам, ведь именно он начал противиться решению Ассамблеи о начале переговоров с жуксами, он выступал против мира с инопланетянами, о котором мечтала большая часть населения окраинных миров. Ну и, наконец, этими своими действиями он прокладывал себе дорогу в политику.

Слушая его выступления, я поймал себя на том, как меня переполняет негодование и злость. А ведь из рук этого человека когда-то я сам получал награды. Почему же он так изменился, отчего стал такой сволочью?

Впрочем, ответ на этот вопрос я знал. Точнее ответил на него Игорь Анатольевич. Дело в том, что адмирал Нельсон хоть и был порядочной сволочью раньше, однако сейчас даже не является человеком. Это дубль, который заменил оригинал и гнет линию, которая выгодна его хозяевам.

Что случилось с настоящим адмиралом — я без понятия. Но, думаю, ничего хорошего.

Когда Игорь Анатольевич рассказал нам об этом всем, я был уверен, что нам поручат устранение «подменыша», но нет. Дело в том, что добраться до Нельсона, возглавившего и ставшего лидером негласной оппозиции, критикующей Ассамблею и подрывающей спокойствие на планетах, было попросту невозможно.