– Есть хочу.
– Прямодушно не стал скрывать я свои маленькие желания.
– А то тесты заставили немного понервничать.

Дамочка удовлетворённо улыбнулась, и что-то пометила в распечатанной на белом листке таблице. Видно было, что на языке у неё вертелся вопрос, типа "как я это делаю". Однако, ума его не задавать, всё же, у докторши хватило.

"Вот и слава Создателю".
– Отстранённо думал я, ожидая Марину с Леськой в коридоре.

Мои девочки вышли буквально через несколько минут и у меня мелькнула шальная мысль, хватит ли у русских наглости предложить пройти медосмотр Аими. Но, немного покумекав, решил что, пожалуй, всё же нет.

Это я, несмотря на паспорт Принца Генриха, вроде как свой. И со мной пока можно не церемониться. Проделывать же подобные фокусы дочерью Японского Императора может быть чревато.

Не решавшийся мешать врачам, и то и дело маячивший на краю видимости Гавриленко, наконец подошёл и поинтересовался.

– Ну, как наши дела?

– Просто замечательно.
– Отрапортовал я, широко улыбаясь. И тут же уточнил.
– Так мы поедем?

– К-куда-а?
– Привычка "держать и не пущать" сработала рефлекторно. Но, тут же сообразив, с кем разговаривает, он осёкся и нехотя кивнул.
– Да-да, Ваше Высочество. Вы отправляйтесь а, ближе к пяти часам, мы с Кузнецовым будем в отеле.

– Тогда до встречи.
– Я протянул руку, которую тот, с видимым сожалением вынужден был пожать.

– До свидания.

Мы вышли из здания Высшей Школы Полиции и, сопровождаемые десятком "людей в штатском", сели в "божью коровку".

– Надо бы домой заехать.
– Пробормотала Марина, роясь в сумочке.

– Да ладно.
– Пренебрежительно отмахнулся я.
– Успеешь ещё собраться. И, успокаивающе пояснил.
– Не сразу же мы в Японию полетим. Так что, полагаю, у тебя будет время и чемодан упаковать и ключи от квартиры хозяйке сдать.

– Ой!
– Расстроилась Марина.
– А я за сентябрь вперёд уплатила.

– Марин!
– Укоризненно глянул на неё я.
– Ну хватит крохоборствовать!
– Ты девушка того, кого считают наследником Шведской Короны. Владельца "заводов, газет, пароходов".

– Так ты Принц, или не Принц?
– С подозрением глянула на меня Марина.

– Разочарована, что затащила в постель самозванца?
– Не преминул съязвить я.
– И теперь, бедная и обманутая в своих надеждах, ты спешно побежишь накладывать на себя руки?

– Руки то я наложу.
– Плотоядно окинула меня взглядом Марина.
– На чью-то хитрожопую шейку. Так, сдавлю легонько, подержу недолго, а после скажу, что так и было.
– Потом забавно сморщила носик и заключила.
– Ты и так самозванец.
– И пояснила.
– Если ты настоящий Принц Генрих, то значит ты не Коля Петров из Донецка. Ну, а если ты всё-же Николай Эдуардович, то никакой не прЫнц.

– А я сам, безо всей этой мишуры, какой тебе больше нравлюсь?
– Заинтересовался я.

– М-м-м... Дай подумать.
– Пртворно нахмурилась Мрина.
– А вот приедетм домой, и разберёмся.

Леська, внимательно слушавшая наш разговор, но до этого благоразумно молчавшая, тяжко вздохнула, и жалобно пискнула.

– Мороженного хочу.

Я не стал разочаровывать ребёнка и лёгким движением руки достал из стазиса требуемое лакомство. Потом подумал немного и вытащил ещё две порции.

– Угощайся.
– Я протянул холодный брикетик Марине.

Та, замерев от удивления, машинально взяла эскимо и начала разворачивать.

– Я же тебе говорила, что он Волшебник!
– Гордо задрала носик девочка.
– А ты мне не верила.

– А ты так... любой предмет наколдовать можешь?
– С интересом промурлыкала Марина.
– Вот всё, что захочешь?

Мдя-а. Женщины... они такие... женщины...

Вообще-то хотелось повыёживаться и тут же подтвердить свою крутость. Небрежно при этом обронив, мол, "брошу весь мир к твоим ногам".

Но, так как точно знаю, что на пиздеже далеко не уедешь, то есть, извините, по соображениям морально этического характера, врать не стал. А, так как говорить правду ни в коем случае не собирался, то снова принялся вдохновенно вешать лапшу на уши.

– Ну-у...
– Делая вид, что размышляю, загундосил я.
– Атомный ледокол или подводная лодка у меня в руке не поместится.

– Да перестань дурачится.
– Разозлилась Марина.
– Я же серьёзно спрашиваю.

И тут я понял, что с "материализацией" разного рода предметов пора завязывать. И как-бы не навсегда. Иначе, уверовавшие в "чудеса" и страшно охочие до халявы условно-разумные превратят мою жизнь в самый настоящий кошмар, а в пространственном кармане станет тесно от штабелируемых мною трупов.