Шрифт:
– Хей.
Лаз хмыкнул и повернулся к Рэду лицом, прикоснувшись к его губам, и тихо прошептал, чтобы слышал только Рэд.
– Я люблю тебя. Спасибо, что позволил мне быть частью этого.
– Я тоже тебя люблю, милый. Добро пожаловать в нашу семью, – Рэд соединил их губы в сладком поцелуе, и они оба рассмеялись от общего «оууу».
Маленький колокольчик над дверью возвестил о новоприбывшем, и стол разразился свистом и возгласами, когда вошел Мейсон в облегающей черной майке, пляжных шортах и сандалиях.
– Ух ты, посмотри на эти ноги, – поддразнил Эйс.
Мейсон быстро осмотрел кафе, прежде чем отмахнуться от Эйса. Он сдвинул свои авиационные очки на голову.
– Кучка комедиантов.
– Стиль пляжного бездельника тебе идет, – сказал Рэд, но его внимание привлек Лаз, легонько толкнувший его в ребра.
Лаз указал на Лаки, и Рэд сдержал понимающую улыбку. Лаки откровенно разглядывал Мейсона, в чем не было ничего нового, но когда его взгляд упал на выпуклые бицепсы Мейсона, он облизнул губы. Лаки уже практически пускал слюни на оставшуюся половину своего кубинского сэндвича.
– Куда ты направляешься? – спросил Колтон. Остальные захихикали, когда Эйс прочистил горло, а Лаки перевел взгляд с груди Мейсона на его лицо, и его щеки стали розовыми.
Мейсон перевел взгляд на Лаки, который быстро подался вперед и снова принялся за еду.
– Пляж. Наконец-то у меня появился выходной, и я использую его по максимуму. Черт, что это?
Он указал на другой конец помещения, и Лаки проследил за его пальцем, дав Мейсону возможность стащить пучок картошки фри и запихнуть его в рот.
–Ay, Cabron! [50] – Лаки ткнул Мейсона в бок, отчего тот рассмеялся, набив рот жареной картошкой, и повернулся, чтобы отстраниться от Лаки.
– Мм, это вкусно, – Мейсон придвинул стул к краю стола и поставил его под углом к Лаки. – Ты собираешься ее есть или будешь следить за своей красивой фигурой?
Лаки фыркнул.
– Ты действительно думаешь, что сможешь уговорить меня отдать тебе картошку фри?
У Рэда было ощущение, что Мейсон мог бы выторговать у Лаки не только картошку фри, если бы Лаки ему это позволил. Эти двое не могли быть настолько невнимательны. Притяжение между ними было ощутимым, но ни один из мужчин не сделал ни шагу.
– Давай, детка. Только еще одну, – сказал Мейсон, его голос был низким.
Лаки оттолкнул руку Мейсона от своей тарелки.
– Нет, возьми свою. И пока ты здесь, найди рукава для этой майки.
Мейсон согнул руку и слегка ухмыльнулся, когда взгляд Лаки упал на его бицепс и глаза округлились.
– Но если бы у меня были рукава, ты бы не смог разглядеть эту мышцу, – Мейсон ткнул пальцем в свой бицепс. – Хочешь потрогать?
– Нет, – проворчал Лаки, откусывая от картошки фри.
– Ну же, Лаки, – промурлыкал Мейсон и подмигнул. – Ты же знаешь, что хочешь потрогать его.
– Может быть, ты хочешь сказать это чуть громче? Не думаю, что люди в другом конце города тебя слышали, – проворчал Лаки, с досадой качая головой, и Мейсон ухватил еще одну порцию картошки фри. Он был чертовски быстр для такого крупного парня.
– Что? Я просто говорю о своей руке.
– Sigue, que te voy a dar un cocotazo [51].
– Я не знаю, что ты только что сказал, но это прозвучало так, будто это может быть больно, и не в хорошем смысле.
Эйс захихикал, а Лаз наклонился, чтобы пошептать Рэду на ухо, пока Мейсон продолжал мучить Лаки.
– Они спят вместе?
Рэд покачал головой и ответил:
– Нет. Думаю, они очень хотели бы этого.
Не успел Рэд договорить, как из кухни вышла Биби, засиявшая при виде Мейсона.
– Привет, Ковбой!
– Привет, Биби, – Мейсон поднялся и обнял ее. – Нэш здесь? Он оставил мне сообщение, что хочет поговорить со мной о чем-то, но когда я несколько раз попытался позвонить ему, то не получил ответа.
Биби закатила глаза.
– Мистер Ловкий Делец уронил свой телефон во фритюрницу, так что он отправился за новым.
Рэд вздрогнул.
– О, как это случилось?
– Хм, дай-ка подумать, – Биби в задумчивости приложила палец к губам, а затем повернулась и шлепнула Эйса по голове.
– Ой! Какого черта, Биби? – Эйс потер затылок, его глаза сузились. – В чем моя вина?
– О, точно. Нэш выронил свой телефон, потому что я застала его за тем, как он переписывался со сверкающей-попкой о своей следующей поездке на машине смерти сладкого-пирожочка Лаки.