— Что ты там возишься?! — просвистела Островская.

Пашка свернул игруху и возился в калькуляторе. Денег хватало на пятнадцать дней. Хватит с головой, чтобы обустроить будущую жизнь без колдовства. Только…

Он уже ввёл в окошко цифру триста шестьдесят четыре, когда вдруг от Станислава Денисовича М. пришёл перевод на сто семьдесят тысяч рублей. Пашка выпучил глаза и вскинул на Марципана взгляд.

— Больше нету, — хмыкнул тот. — Чем мог.

На секунду младший Соколов зажмурился. И, так и не открывая глаз, ткнул в «ок». Оставив триста шестьдесят пять в графе с количеством часов.

'Успех!

Работа с приложением оплачена до 20.06.2018 (03:17 a. m.)'

Потом Пашка удалил у Галины Евгеньевны все воспоминания о звонке с командами, чё и как делать, применив адаптацию связанных. С поправкой на выполнение квеста с телефоном на счету осталось сто восемь тысяч пятьсот двадцать баллов. Из-за задания вышло, что память мэрской секретарше он отредактировал бесплатно.

Галина Евгеньевна развернулась и, не прощаясь, пошла в сторону дороги и остановки автобусов.

— Получилось? — опасливо спросил Марципан спустя пару минут.

Васин порылся в ранце и достал пауэрбанк со шнуром, который подключил к зажатому в Пашкиной левой руке телефону историка.

— Предлагаю это дело как следует отметить, — объявил он. — Затусим?

— Повод стоящий, — признала Островская.

Слава куда-то отлучился на полчаса, видимо, восполнять финансовые потери. Островская вела подсчёт вложенных баллов, чтобы определить, кто кому что должен, и предлагала разрешить нестыковки оплатой банкета. Пашка был пришибленным. Сожаления о том, что минимизация работы с приложением его же руками сделалась почти неотвратной, настигали вопреки здравому смыслу.

За две недели нужно подготовить почву. Обзавестись деньгами. Наверное, стоит подправить хотя бы Другой маме и бабуле восприятие исчезновения отца. Значит, следует подналечь на квесты. Шестидесятый сулил за участие в совместном отмечании сорок тысяч баллов. По этой причине Пашка не свалил сразу.

Но на определённом этапе даже немного увлёкся.

— А я уверен, что это — разработка учёных! — разглагольствовал Васин. — От мозга у людей очень мало процентов реально работаю. И если нашли способ активировать остальное, то все прокачки — никакая не магия, а наука! Поведение тоже может через это регулироваться, типа высокоточного гипноза. Я со временем прокачаю себе всякие штуки, чтобы в этом шарить, и разберусь. А тестят на неблагополучных детях, чтобы ответственности не было. Потому что это государственная тайна.

— Это кто тут неблагополучный? — хмыкнул Слава, потягивая коктейль.

— Видимо, историк, — засмеялась Островская.

— Историк — низший класс, никому не нужный. Кто за него спросит? И заметьте, игруха нам помогла его устранить, а ему от нас избавиться — таки нет. Потому что он стал неудобным, заигрался. Да через сто лет такая игра будет на первом телефоне у каждого ребёнка стоять! Даже в Африке! Школ вообще никаких не будет, всё станут пакетно грузить в бошки.

— По квоте, — хохотнул Марципан.

— Уж скорее её начнут продавать, и очень дорого, — добавила Островская.

— И начнут! После теста. Это только со временем она станет нормой. Поначалу кто-то озолотится.

— И что, прям веришь, что в первую очередь побежали тестировать на каких-то левых людях, а не обзавелись личным островом в океане? — подначивал Марципан.

— Во-первых, может, у них давно есть остров. Во-вторых, могут быть последствия. Влияние на психику после прокачки, на здоровье. Мало ли. Для того и тестируют. Мы — крысы! Белые лабораторные мышки!

— Давайте посмотрим, что главный крысёныш тут насобирал себе, — предложила Островская и взялась за телефон историка. А потом выругалась. — Блокировка! Чёрт! Нельзя было дать ему заблокироваться!

— Гнидень явно понял, за что даются плюшки, — открыл рот Пашка. — У него там, небось, по сто наград в каждой строке.

— Да там по большей части рандом, — махнул рукой Васин. — Возможно, маячок стоит на какие-то слова, сказанные в радиусе доступа динамиков телефона. Или связки слов. Вот Марципан завёл, что кабан — за бургеры. А люди там, где бургеры жрут, некоторые слова постоянно употребляют. И награда может прилетать в ответ на них.

— Типа «приятного аппетита»? — спросила Островская и глянула на свой телефон.

— Типа, только какая-то посложнее конструкция. Или вообще звук жевания. Или чавканья.

— Интересная теория, — задумался Марципанников.

— И заметь, пореальнее реакции на действие. Действия очень по-разному можно выполнять, хер отследишь.

За первые часа полтора празднования великой победы, Пашка успел найти у себя двух свинок и, цельную «П», букву «хэт» и перевёрнутый «игрек», букву «гимель». После чего появились две последние, он не зафиксировал.