Серьезной боли Фиона не чувствовала, знала, что это просто сосуды полопались, все обошлось. Только вот радоваться она не смела, страх в ее душе лишь нарастал. Она путешествовала через Сектор Фобос совсем недолго, но она уже успела усвоить: здесь ничего не происходит просто так.

А значит, и ей, и всем остальным предстояло узнать, что означал птичий крик на самом деле.

Мира прекрасно знала, что Личек ею недоволен, но это ее не волновало. Доволен он вообще не будет, пока она не начнет обниматься со всеми подряд по первому щелчку. Так что на него можно не обращать внимания, волновалась Мира не из-за этого.

Она слишком хорошо понимала, что оказалось на кону. Если ее план не сработает, они не просто лишатся пяти маяков – это не так уж плохо, потому что от маяков вообще не будет толку! Они окажутся отрезаны от Земли, миссию придется сворачивать… если такое вообще возможно.

Поэтому прежде, чем приступить к настройке, она несколько раз проверила свои расчеты. Вроде как все сходилось, но сделать последний шаг и принять на себя ответственность все равно оказалось непередаваемо страшно. Настолько, что Мира даже хотела обратиться за помощью к Гюрзе, но в последний момент передумала. Они союзники, а не друзья, да и потом, если что-то пойдет не так уже из-за его ошибки, разве это успокоит ее совесть?

Так что Мира заставила себя пройти этот путь до конца. За недели, проведенные на «Виа Феррате», она успела присмотреться к механикам, теперь выбрала себе в помощники наиболее толковых. То, что все они раньше отбывали серьезные сроки, ее не смущало. Они вели себя на удивление адекватно – порой лучше, чем иные офицеры. Поэтому Мира предпочитала не вчитываться лишний раз в их личные дела, толку от этого все равно не было.

Им выделили для работы небольшую мастерскую возле дальнего ангара. Там маяки проходили перенастройку, там же им предстояло дожидаться вылета. Мира почти закончила, когда появился тот самый звук.

Щебет птичьей стаи ворвался в мастерскую неожиданно и оглушительно громко. Сам по себе он был не так страшен, однако внезапность его появления больно ударила по ушам, отозвалась глухой вибрирующей болью внутри черепа. Закрывать уши руками оказалось бесполезно, звук обходил любые преграды, заполнял собой все вокруг, он нападал на них, как хищный зверь. Мира понятия не имела, откуда он взялся, но это определенно было нечто большее, чем технический сбой.

А потом все закончилось так же резко, как началось. Звук исчез, захлебнулся сам в себе, и Мира даже испугалась, что это ее барабанные перепонки не выдержали, лопнули, и теперь она вообще ничего не слышит.

Но нет, остальные звуки, обычные, по-прежнему существовали в ее мире. Исчезли только птицы…

Мира лишь теперь обнаружила, что упала на колени, как будто это могло спасти ее от звука! Смущенная, она поспешила подняться и оглядеться по сторонам. Похоже, ее оплошность никто не заметил, потому что остальным сейчас было не лучше.

Из всех, кто находился в мастерской, лишь двое сумели остаться на ногах – горбун Тоби, который просто вовремя прижался к стене, и юный болтливый мажор, который был моложе всех в команде, да и спортивной подготовкой отличался неплохой. Остальные или опустились на колени, как Мира, или вовсе повалились на пол. У некоторых кровь шла из носа, однако самой Мире удалось этого избежать.

– Все живы? – поинтересовалась она. – Тяжело раненые есть?

Отвечать ей никто не спешил, все сейчас оглядывались по сторонам. Но Мира и не ждала ответа, ей было достаточно их реакции. Они в состоянии воспринимать слова, они на ногах, кровотечение остановилось, уже хорошо.

Теперь можно наконец озадачиться тем, что, черт возьми, только что произошло!

– Может, технический сбой? – предположил мажор. Имя у него было длинное и сложное, Мира не собиралась даже пытаться его запомнить. Для себя она решила, что будет звать его Грег, да и то лишь пока они работают вместе. А потом вообще никак звать не будет, потому что Грег раздражает.

– Никогда не слышал, чтобы технический сбой звучал вот так, – покачал головой один из старших механиков. – Мне показалось или… Все же слышали, что это…

– Птицы, – подсказал неизменно равнодушный мужчина лет пятидесяти пяти.

– Мы слышали нечто похожее на птиц, – уточнила Мира. – Но вряд ли это были они!

– Могли быть и они, – угрюмо возразил Тоби. – Тут два варианта… Возможно, это чья-то дебильная шутка: запуск птичьего крика на всю станцию.

– А в чем прикол? – удивился Грег.

– Не знаю, я не говорю на дебильном.

– Но так могло быть, – кивнула Мира. – А второй вариант какой?

– Это звук, похожий на птичий щебет. Просто для человеческого слуха он новый, а мозг привык к познанию через подобное.

Тоби не то что намекал, он прямо говорил: звук пришел извне, это очередная аномалия Сектора Фобос. Но принять такое оказалось сложно – даже при том, что звук пока никому не навредил.

Мира понимала, что их маленькая команда ни на что не повлияет, разбираться со странным происшествием должен кто-нибудь другой. Она велела механикам вернуться к работе, потому что это лучше всего отвлекало от паранойи.