Сатурио ничего не сказал сестрам, просто посмотрел на них, однако этого оказалось достаточно. Мира еще во время полета на «Марию Яниссар» заметила, что он без слов управляет своей семейкой. Умбрения разжала руку, они с Бруцией отскочили назад, подальше от забрызганного кровью места драки.

Мира на ногах не удержалась, упала на землю, закашлялась, пытаясь отдышаться. Медичка тут же кинулась к ней, осторожно поддержала, потом вколола что-то – и через пару секунд стало легче.

За это время Сатурио приблизился к ним и теперь нависал над Мирой белесым силуэтом. Помогать ей или извиняться он не собирался.

– Какой досадный несчастный случай, – только и сказал он.

– Тот, который не заслуживает внимания высшего руководства? – криво усмехнулась Мира, глядя на него. Хотелось подняться, а не валяться у его ног, но на это сил пока не хватало.

– Именно так.

– Да, наверно… Но наше начальство не то чтобы перегружено работой. Я все-таки предложу им рассмотреть эту историю, а они пусть сами решают, что с ней делать дальше.

– Что ты делаешь?! – испуганно пискнула Кети. – Они же убьют тебя! А заодно и меня!

Мира не обратила на нее внимания, не стала объяснять, что на корабле, напичканном камерами наблюдения, убить кого-то и спрятать тела очень непросто. И даже кочевникам простят не все, а война со всей станцией семейству Барретт не нужна. Они еще могли совершить глупость, опьяненные запахом крови и яростью момента… Но это девицы. Сатурио другой, он собой владеет хорошо.

Кети не понимала, что Мира в этот миг не угрожала ему, она требовала компенсацию за травмы. А вот Сатурио ее понял.

– Это не было жестокостью ради жестокости, тут и говорить не о чем, – вздохнул он. – Мы просто выполняли свою работу.

– Какую же?

– Мы искали Гюрзу.

– Какую еще гюрзу? – растерялась Кети. – Откуда здесь змеи?

Она действительно не понимала, и это было нормально. А вот Мира почему-то догадалась сразу… Слишком уж много шума было в новостях, слишком часто мелькало это прозвище. Гюрза умудрился задеть все сферы: не только криминальную, он разозлил сектантов, он щелкнул по носу политиков, когда прикончил губернатора. Он сделал все, чтобы о нем услышали…

И он же не имел никакого отношения к «Виа Феррате». С чего бы? Мира решила бы, что это блеф или даже издевка со стороны кочевника, но Сатурио все еще смотрел на нее серьезно и смеяться не собирался.

– При чем тут Гюрза? – спросила Мира, наконец поднимаясь на ноги. Она все равно была на голову ниже Сатурио, но с этим здоровяком вообще сложно сравниться.

– А ты не знала? Он на корабле. Ах да, я совсем забыл, что вам решили не говорить. И вам об этом лучше не говорить.

Вот и ее компенсация… Сатурио предложил ей в качестве оплаты ценные знания. Мира еле заметно кивнула, давая ему понять, что принимает сделку. Хотя еще большой вопрос, проще жить с такими знаниями или сложнее…

Гюрза на корабле! В замкнутом пространстве бесконечно далеко от Земли. Он еще и не под контролем, он где-то затаился, и никто не знает, где. Его даже кочевники не могут отыскать! А он уже убивал кого угодно, что помешает ему устроить резню на «Виа Феррате»?

Мира повернулась к Кети и велела:

– Иди к себе.

– Но… Я… А ты как же?

– Иди к себе и забудь все, что ты здесь видела.

Спорить Кети больше не стала. Ее смелости хватило лишь на то, чтобы задать хоть какой-то вопрос, не удрать сразу. Но теперь, когда Мира дала ей четкое позволение, она не задержалась. Ей не нужны были секреты, она боялась кочевников даже больше, чем раньше. Все ее силы ушли на то, чтобы не бежать из зала, а ограничиться быстрым шагом.

Когда она оказалась достаточно далеко, чтобы ничего не услышать, Мира уточнила:

– Как здесь вообще оказался Гюрза?

– Кому-то показалось, что принять его на работу – хорошая идея.

– Так же, как других заключенных?

– Да. С поправкой на то, что он изначально не был похож на других заключенных.

Вот тут Мира была полностью согласна с кочевником. Того, кто додумался снять Гюрзу со скамьи смертников и отправить на «Виа Феррату», хотелось приложить тупой башкой о ствол сосны – да покрепче!

Да, новостных сюжетов о том серийном убийце было достаточно, чтобы понять, насколько он гениален. Так пусть со своей гениальностью и подыхает! Страшно было даже не то, что он убивал людей – в эпоху космических исследований все непросто, тот же Сатурио вряд ли может похвастаться чистыми руками. Дело в том, как Гюрза это делал, ради чего…

Он убивал ради самого убийства, наслаждался жестокостью. Та самая гениальность, которой прельстились большие боссы, стала инструментом для чудовищных поступков. Гюрза не заслужил снисхождения, он просто не мог быть полезен людям.