Что там говорил тот круглолицый ублюдок? Дети, вспомнил Анж, для крови лучше всего подходят дети. Они чище. Чище…

А что, если? – вспыхнула мысль. Только обозначилась, не имея сил оформиться в нечто конкретное, закончить сама себя. Ну же, Анж! Нет, слишком страшно. Что если Рози похитили вампиры или их пособники, странствующие по пустынным сельским дорогам и подбирающие недосмотренных детей? Тот урод говорил еще о каких-то фермах, где из людей (детей) выкачивают кровь. Одну такую купил Джуз Фануччи в надежде, что упыри (Бледные Господа) даруют ему бессмертие в обмен на поставки крови.

Анж вспомнил свой последний разговор с отцом. Почти десять лет назад, когда он только начал работать на Энцо Манчини. Старый Антонио знал, чем занимается сын и, конечно же, был этим недоволен. С тех пор Анж не появлялся в родных местах, но как мог помогал братьям, присылая им деньги. Отцу не слал ничего, даже писем, он все равно бы их не принял.

– Это плохие люди, Анжело, – говорил тогда старик, – темные. У них черные души!

– Это только алкоголь, папа. Мы всего лишь перегоняем алкоголь. Обычный бизнес, как и любой другой. Это не мы виноваты, а наши дурацкие законы. В Канаде или Мексике это легально.

– Не важно, алкоголь это или оливковое масло. У них руки по локоть в крови. Сегодня это виски, завтра будет что-то еще. Ты был таким славным мальчиком, Анжело, добрым, милым. Мы с твоей мамой не могли на тебя нарадоваться. Я рад, что Фрначеска на небесах и не видит тебя сейчас. Война тебя испортила, ты вернулся из Европы другим. Давно ты был в церкви, Анжело?

Папа был прав, как и всегда. Сегодня виски, завтра что-то другое. Он оглянулся на бочки.

В голове еще мелькали мысли о бегстве, но они отошли на второй план. Ни от кого еще не бегал Анжело Инганнаморте!

– Я не сдамся, – сказал он вслух. – Слышишь меня, Розита? Я не отступлю. Я отомщу за тебя! Должен же я сделать хоть что-то хорошее…

И добавил уже тише.

– А если не получится, значит скоро мы увидимся. Хотя вряд ли меня пустят к тебе в Рай. Джонни еще может быть, передам тебе привет через него.

Поразмыслив немного, Анж вышел из машины и, обойдя капот, открыл водительскую дверь.

– Прощай, Джонни, – сказал он мертвому другу. – Сейчас я хочу сделать одну очень глупую вещь. Будь ты жив, ты точно отговорил бы меня.

Анж поднял фетровую шляпу Джонни и нацепил ее себе на макушку. Достал из-за пазухи свой старый армейский нож. Тот самый, которым пригвоздил к стойке руку Хаима Михельсона пару часов назад, в начале самой длинной ночи в его жизни. Повертел в руке, длинное лезвие тускло блеснуло в свете звезд. Анж крепко обнял холодное тело Джонни и поцеловал его в лоб. В горле застрял горький комок.

– Прости меня. Ты был лучшим другом и просто охрененным водителем, малыш. Передавай привет Рози и попроси у нее прощения от меня…

*

Клуб «Вавилон» на границе Вудланда и Хайдпарка Анж узнал сразу. Заведение ютилось на первом этаже заброшенного дома в районе красных фонарей. Его можно было и не заметить, если бы не яркая неоновая вывеска, светящаяся красным и синим – полуголая девица верхом на крылатом льве игриво подмигивала прохожим и зевакам.

Надо же, подумал Анж, переходя улицу, какая реклама. Пока другие бары и клубы прячутся по подвалам, не привлекая внимания копов, этот наоборот, выставляет себя напоказ. Но если не считать вывески, как будто случайно оказавшейся здесь, здание казалось полностью заброшенным и вымершим. В кирпичной стене виднелась только глухая металлическая дверь с закрытым окошком.

Анж постоял немного перед входом, не смотря на теплую ночь, закутавшись в найденный в доме Фануччи плащ, полы которого тяжело оттягивались вниз. Пустые окна здания пристально смотрели на него, хотелось поежиться, отвести взгляд, втянуть голову в плечи. А лучше, шепнул на ухо голос разума, свалить отсюда подальше, пока еще не поздно. Анж оглянулся на фургон, припаркованный на той стороне улицы. Помятый и побитый, весь в царапинах, вмятинах и дырках от пуль. Нет, Анж сплюнул под ноги, поздно. Раз уж добрался сюда, назад дороги нет.

Он постучал в металлическую дверь.

Ждать пришлось долго, Анж уже подумал было, что ошибся, приехав сюда. Здесь никого, круглолицый ублюдок его обманул, загнав в западню, а за углом уже поджидают убийцы с длинными клыками и горящими глазами. Анж оглянулся по сторонам, никого. Постучал снова. Только минут через пять с той стороны что-то зашумело, раздались приглушенные голоса и чьи-то шаги. Окошко в двери со скрипом отъехало в сторону. В маленьком прямоугольнике появились глаза, тускло белевшие в темноте. Ничего не спрашивая, привратник вопросительно уставился на гостя.