— Как это произошло? — Андрей не позволяет дрогнуть ни одному мускулу на лице, но по инерции хватает лежащий на столе смартфон и до побелевших костяшек сжимает пластик корпуса.

Хочется съежиться, превратиться в точку, исчезнуть, никогда не существовать — я столько раз подводила отчима и маму!..

Я не помню, в какой из моментов Святослав стал для меня важнее, чем они, но это произошло и уже не изменится.

— Я взяла их, Андрей. Прости. Один человек очень нуждался в средствах… Не надо полиции, я даже под пытками не назову его имя. Ваши деньги мне все равно не помогут, понимаете? Мне может помочь только он!!!

Перевожу дыхание, смотрю на родителей в ожидании крика и ударов, но Андрей бубнит: «Не неси ерунды…», а мама незаметно стирает слезы, встает и принимается за уборку — одну за одной отправляет в посудомоечную машину тарелки, покачиваясь, смахивает крошки с варочной панели. Она улыбается, но не смотрит на любимого мужа, а тот подносит к губам давно опустевшую чашку и углубляется в телефон.

Из-за меня… Все из-за меня. Им было бы легче без меня.

— Сок или чай? — неестественно весело спрашивает мама, пока Андрей прослушивает автоответчик, но я мотаю отяжелевшей головой, поднимаюсь и отваливаю в комнату.

Не нужно было выходить из каменного мешка вслед за бабочкой. Не нужно было даже пытаться…

В углах сгустились сумерки — недобрые, холодные, непроглядные. За тонкой стенкой прозрачного стекла раскинулся темный враждебный мир, и столь же тонкая грань отделяет меня от наступающего со всех сторон хаоса.

От рыданий перехватывает дыхание, ломит в висках, зудят веки. Я прислоняюсь лбом к дребезжащей прохладе окна и разглядываю стену и двор.

Не в первый раз, следуя за красотой, я оказываюсь в темноте. Скоро она окончательно поглотит пространство, и ни один человек не сможет войти в эту комнату, чтобы зажечь свет.

Из тяжких, как валуны, раздумий, меня выводит робкий стук и голос мамы.

— Регина! — Она приоткрывает дверь, осторожно шагает ко мне, и яркая желтая полоса за ее спиной тут же гаснет. — Андрей постарается найти необходимую сумму до намеченной даты. Так что… все хорошо! Не вини себя за принятое решение. Но в будущем обязательно советуйся с нами. С твоей семьей…

Я скорбно молчу, собирая воедино тупые мысли, но мама торжественно и заговорщицки шепчет:

— А какую новость я тебе сейчас расскажу! Славик вот-вот почтит нас своим присутствием — прислал Андрею сообщение час назад. Он своеобразный парень, но мы обязательно найдем общий язык, ведь так?

Щелкает выключатель, вспыхивают лампы под потолком, и я на миг зажмуриваюсь.

— Ну давай же! — Теплая рука согревает мое запястье. — Хватит киснуть. Надевай самый роскошный наряд, а я быстренько приготовлю десерт.

Мама подмигивает и скрывается в коридоре, а я подлетаю к зеркалу и в полном шоке пялюсь на зареванное нечто в отражении. Совсем скоро сбудется моя заветная мечта — я познакомлюсь со сводным братом. Тем самым, что жил здесь свою жизнь до меня.

Несмотря на потрясения бесконечно долгого дня, совершенно непозволительно выглядеть так, как я выгляжу сейчас!

Я распахиваю створки шкафа и в очередной раз застреваю на осознании — мне здесь не место… Выхватываю из ниши плечики с шикарным платьем, пошитым накануне для непредвиденных торжественных случаев и счастливых вечеров. Этот вечер точно станет счастливым и запомнится навсегда!

Сушу волосы феном, делаю небрежную укладку и рисую на опухших веках стрелки — получается не очень, но бордовая помада призвана отвлекать внимание и «вызывать огонь» на себя. Поправляю лиф и рукава и, вздохнув, кошусь на часы.

Интересно, какой он?

Мама говорила, что он поразительно похож на Андрея.

А еще — сделала вывод, что Славик благородный и добрый, но обида за душой очень долго не позволяла ему решиться на первый шаг.

«…Это от недосказанности. С этой проблемой мы справимся!»

Конечно справимся, и я отдам миротворческому процессу все силы!

Раздается звонок. Вскрикнув, я срываюсь с места и, сшибая плечами углы, лечу к двери.

С силой тяну на себя бронзовую ручку и отступаю назад от напора ледяного ветра. На пороге стоит Святослав — в строгом костюме и начищенных туфлях. Он настолько красив, что из моей груди вырывается стон. А из-за полы его расстегнутой куртки вырывается Славик и истошно кричит.

— Свят?.. Что ты тут делаешь? — Голова кружится, и я приваливаюсь к стене, но мама и Андрей выступают на передний план, окликают и радушно приветствуют… кого?

Котенка?.. Свята?!

— Почему вы называете его так?!

Реальности двоятся и распадаются на фрагменты, я растерянно моргаю, дышу по системе, считаю от одного до десяти…

Как же он похож на Андрея… Те же глаза, тот же рост, те же сдержанные жесты, а еще — надежность и эксклюзивная, дорогая, сбивающая с толку красота.