— Дочери у меня нет. — Барсук Старший попробовал улыбнуться. — Но, если бы была, она была бы похожа на вас.

— Почему?

— Потому что вы очень напоминаете одну барсучиху, которую я когда-то любил. С тех пор я стал старым, толстым, одышливым …

— А та барсучиха? — насторожилась Барбара. — Она тоже стала старой и толстой и вы её бросили? Я ненавижу, когда барсуки бросают семью.

— Нет, старой она не стала. И я её не бросал. Она умерла.

— Простите … — расстроилась Барбара. — Я была с вами очень бестактна.

— Прощаю, — улыбнулся Барсук одними усами. — Несите слизневый студень … Нет, стойте! Можно сначала один вопрос? А то у меня от любопытства пропадёт аппетит.

— Конечно. Вы хотите узнать, зачем мне на космодром Байконур?

— Как вы догадались, что я хотел об этом спросить?

— Очень просто. Меня об этом все спрашивают. Мне нужно на космодром Байконур, потому что я хочу стать космонавтом, как папа.

— Ваш папа — космонавт?!

— Да. Первый барсук на Луне. Барсук Пострел. Вы тоже о нём не слышали?

— Тоже не слышал — как и кто?

— Как и все здесь, в Дальнем Лесу.

— Не слышал, — развёл руками Барсук. — Прошу меня извинить. И всех остальных жителей Дальнего Леса. Я, честно говоря, понятия не имел, что барсуков запускали в космос. Тем более на Луну.

— Ужасно несправедливо! — воскликнула Барбара. — Про этих дурацких дворняжек, Белку и Стрелку, знают все звери мира. Хотя они просто слетали в космос и вернулись. Не выходя из космического корабля.

— А ваш папа, он что же, выходил из корабля в открытый космос?! — изумился Барсук Старший.

— Мой папа выходил на Луну!

— Наверное, вы очень гордитесь своим отцом.

— Да, очень, — кивнула Барбара.

— Сейчас он уже, наверное, на пенсии?

— Он … — Барбара опустила глаза. — Нет. Он не на пенсии. Он погиб там, на Луне. Мой папа — герой. Он умер ради науки. Благодаря его подвигу стало известно, что барсуки на Луне не выживают. А я … — глаза её снова сверкнули, — хочу завершить его дело. Я тоже полечу на Луну и …

— Зачем? Ведь ваш отец доказал, что барсуки на Луне не выживают?

— Я буду в суперсовременном скафандре.

— А в скафандре барсуки выживают?

— Вот я и проверю.

— Вы смелая барсучиха, — с сомнением заключил Барсук.

— Я бы не назвал это смелостью, — меланхолично прогудел кто-то из-под столика в углу. — У вас в роду, сударыня, случайно, не было леммингов?

— Кто такие лемминги? — не поняла Барбара.

— Лемминги — это грызуны. Типа хомячков. Они иногда бросаются с обрыва в пропасть. Один бросится — а другие за ним повторяют. Я много ездил по свету, многое повидал. Лемминги — удивительные зверьки.

— Вы хотите сказать, что мой папа, героический барсук Пострел, — хомячок? Что мы оба с папой — хомячки? Удивительные зверьки? А вы, собственно, что за зверь? Почему вы прячетесь под столом и не делаете заказ?

— Простите, я не хотел вас обидеть. Я, должно быть, неудачно пошутил. И я не прячусь. Я просто устал с дороги и решил немножко вздремнуть. Позвольте представиться … — Большое, помятое, каплевидное существо с чёрной головой и белым пузом показалось из-под стола. — Меня зовут мистер Кинг-Пинг.

— Ой, что это?.. — Барбара испуганно попятилась от Кинг-Пинга.

— Насколько я могу судить, перед нами — королевский пингвин. Он не водится в наших широтах, но я видел изображение этой птицы в Зверской Энциклопедии Мира.

— Он птица?! — ужаснулась Барбара. — Он умеет летать? Как же он держится в воздухе, такой жирный, на вот этих вот жалких, обвисших тряпочках?

— Жирный?.. На тряпочках?.. Это … Это оскорбительно! — возмутился Кинг-Пинг.

— Ах, простите. Я, должно быть, неудачно пошутила. Так как же вы летаете?

— Благодаря моей обтекаемой форме я летаю не в воздухе, а под водой, — с гордостью сообщил Кинг-Пинг.

— Значит, вы рыба?

— Возмутительно!.. Оскорбительно!.. — Тяжело переваливаясь с боку на бок и шаркая ластами, Кинг-Пинг направился к выходу из бара. — Я ухожу. Мне сказали, что бар «Сучок» — уютное и тихое место, в котором можно расслабиться после долгой дороги. А здесь, оказывается, оскорбляют зверей!..

— Простите мою юную подругу Барбару, — вмешался Барсук Старший. — Она просто никогда не видела таких удивительных птиц, как вы. Она не знает, что ваши, как она неудачно выразилась, «тряпочки» работают под водой как винты.