Сердце буквально разрывалось от тоски. Любимый мужчина болен и один в чужом мире, но ведь с бедой справиться проще вместе. Почему же он упрямый-то такой?!

Рвано выдохнув, слизнула с губ одинокую слезинку, зажала ладони между коленей и грустно усмехнулась. Прав был Чаплин: хорошо плакать под дождем. Слез не видно.

– Владислава, можно с вами поговорить? – раздался рядом хриплый мужской голос. – Или к вам лучше обращаться Ольга?

Что?! Владой или Ольгой?!

Сердце испуганно трепыхнулось. Впрочем, чужого бы Киса ко мне не подпустил.

Собралась с духом и, опираясь локтями на колени, повернула голову. Увидев стоящего под женским зонтом артефактора, едва слышно выдохнула. Этот разговор действительно нужен нам обоим.

– Не спится, Елизар Авдеевич? – скупо улыбнулась.

Мужчина поудобнее перехватил ручку зонтика, удрученно вздохнул.

– Уснешь тут, – буркнул тихо и чуть громче продолжил: – Любовь Степановна изъявила желание побаловать нас своими фирменными блинами. Ну и заодно научить меня их правильно делать. Свет выключили внезапно и крайне не вовремя, – он смущенно шаркнул ногой. – Последствия падения кастрюли с тестом я убрал, а князь любезно предложил свою кандидатуру для обучения. И теперь под бдительным наблюдением он готовит, а я, – Елизар помялся, – случайно заметил вас и решил присоединиться.

– Сбежали от греха подальше, – я понимающе кивнула.

– Ну, можно и так сказать, – артефактор сконфуженно опустил глаза. – Могу сесть рядом с вами?

Я с сомнением посмотрела на влажно поблескивающее деревянное сиденье качелей. Мою попу спасает куртка, а вот Елизар Авдеевич точно намокнет.

Ну да не маленький. Сам разберется.

– Пожалуйста. Только здесь мокро, – предупредила и немного подвинулась, освобождая место.

Елизар почесал затылок. Опасливо глянул на окна нашей пятиэтажки. Зонт ему явно баба Люба выделила. Если придет промокший, нотаций не избежать.

– Пожалуй, подстрахуюсь, – выдал наконец.

Прикрываясь зонтом, он наклонился, плавно провел ладонью над деревянной поверхностью. Пахнуло теплым. Артефактор определенно использовал одну из техник воздуха.

Хм. Получается, и в моем мире магия работает?

Быстренько усевшись на ставшее сухим сиденье, Елизар Авдеевич шепотом пояснил:

– С Любовью Степановной лишний раз объясняться не хочу. Да вам лучше меня известно, какой сложный у нее характер.

– Вы спросили, как ко мне обращаться, – я пристально посмотрела на Елизара Авдеевича. Ну вот и настал час откровений. – Сами-то как думаете?

– Это только вам решать Владислава вы или Ольга, – ученый пожал плечами.

– Мне решать, – повторила и перевела взгляд на громадную лужу. Капли дождя с тихим шелестом падали на ее поверхность, оставляя круги. Те расширялись, затем исчезали. Наблюдая за их завораживающим танцем, призналась: – Уже и не знаю кто я.

– Вы это вы. И это главное. В моем мире, – он сделал акцент на фразе, – имя лишь слово, упрощающее коммуникацию.

– В вашем мире? – скрывая удивление, я откинула с лица влажную прядь.

– В моем. Ваш-то ведь этот, – как-то буднично сообщил артефактор. – Ваше физическое тело погибло, но душа не ушла к предкам, а переместилась в мой мир и укрепилась в донорском теле. Сейчас вы снова в своем мире. Правда, невзирая на встречу с самой собой, несколько отличаетесь от себя прежней. Предположу, что мы находимся в вашем прошлом, а умерли вы в будущем. Так?

Я задумалась. На слух звучит безумно, но ученый прав. Оттолкнулась ботинками от земли, наклонилась вперед, откинулась назад. Качели пришли в движение.

– Не переживайте, вашей тайны я не раскрою, – Елизар Авдеевич поднял голову к темному небосводу. – И приставать с расспросами не собираюсь, хотя, как исследователю, жутко интересно. Но чисто по-человечески понимаю, как трудно вам пришлось. То, что с вами случилось, – немыслимое для обывателя дело, – в его голосе слышалось искреннее сочувствие. – Если у вас есть ко мне вопросы, то я к вашим услугам. Все расскажу без утайки.

Что же, отпираться действительно нет смысла. И вопросы у меня конечно же есть – целый вагон. Хотелось узнать, почему исчезла «я» из прошлого и с какого перепуга нас угораздило попасть конкретно в это время, были ли такие, как я, и что с ними стало. Но… А зачем мне эта информация? Исключительно для удовлетворения любопытства и поддержания беседы? Нет, спрошу-ка другое.

– А вы не знаете, куда ушел Росс? – произнесла хрипло и вся сжалась в ожидании ответа.

– Увы, – артефактор покачал головой. – С того самого момента, как артефакт перенес нас сюда, я не переставая размышлял и о вас, и о Константине Александровиче. Даже ту кастрюлю с тестом перевернул. Мне, право, неловко, – Елизар огорченно сутулился.

Пф-ф, нашел из-за чего расстраиваться. Неужели баба Люба не ограничилась нотацией?

– Досталось вам от Любови Степановны?

– Пару раз прилетело полотенцем, – ученый машинально потер плечо. – Но в данном случае она права: я был излишне рассеян и весьма неуклюж, – артефактор неловко переложил ручку зонта из одной руки в другую.