Родители Владимира Викторовича, занимая высокие должности в период приватизации, сумели отхапать добрый кусок недвижимости и акции предприятия, которые в итоге полностью перешли к ним. Безусловно, он развил бизнес в правильном направлении и сумел сохранить его в сложные времена — этого не отнять. Однако он никогда не задумывался о том, каких успехов мог бы достичь молодой и способный менеджер, обладая такой же стартовой площадкой, как у него.

Владимир Викторович относился к тем руководителям, которые непостижимым образом умудрялись сочетать в себе одновременно невероятную хитрость с умением зарабатывать деньги и недалекость. Однажды, начитавшись доморощенных экспертов, публикующих свои умозаключения от «балды» с однобокими выводами, предприниматель убедил себя в крайне низкой производительности труда в России. Пробудившаяся жаба тут же задушила его липкими скрюченными лапками, распалив мысли о том, что он переплачивает. На каждом совещании В.В. надрывал глотку о недоработке сотрудников, ссылаясь на левые исследования и от души нагружал неоплачиваемыми обязанностями. При этом, его вовсе не смущал факт, что на аналогичных предприятиях у конкурентов зарплата на порядок выше. В.В. увидел одну цифру, подогнал её под свои умозаключения, не удосужившись задуматься о причинах невысокой отдачи от работников. На самом деле, ответ практически лежал на поверхности: в развитых странах использовались продвинутые технологии, позволявшие минимизировать малоэффективные и трудозатратные действия. Только вот собственнику, который придерживался бестолковых устаревших бизнес-процессов в организации, всегда легче списать низкий КПД на ленивых дураков-работников, чем вникнуть в суть проблемы и признать свои ошибки.

Справедливости ради надо отметить, что привычка винить других, до поры до времени действует на подчиненных стимулирующе. Без сладкого ободряющего пендаля на работе не обойтись, но по мнению Кристины, нужно отличать объективные претензии к персоналу от надуманных. Иногда, послушав шефа, она начинала вспоминать свою предыдущую работодательницу, во всеуслышание заявляющую о поголовной тупости подчиненных в своей компании.

«Неужели все собственники одинаковые?» - Кристина до последнего хотела верить в лучшее. Та точно также платила сотрудникам копейки, не задаваясь вопросом, откуда бы взяться в её бизнесе профессионалам, знающим себе цену. Регламенты работы не прописаны, отсутствовало нормальное обучение и внятная стажировка. Даже приемка товара велась как бог на душу положит: «на коленке», допотопным способом с отметкой вручную на бумажных накладных в несколько сот наименований. И это в то время, когда весь мир давно приходовал товар сканерами-терминалами. Образно говоря, в век компьютеров организация считала на деревяшках. Причина банальна – жадность. Бизнесвумен, экономя на затратах и прогрессе, теряла на ошибках и рабочем времени, громче всех крича о низкой производительности труда.

«Вот такие как ты, как раз портят статистику в стране», - думала Кристина.

Она перевела глаза с автомобиля премиум-класса на крайне недовольное лицо собеседника и четко поняла: дальнейший разговор совершенно бесполезен. Большего сегодня не добиться. Продолжать злить шефа в её планы не входило, дай бог вырвать то, что дали. Теперь предстояла другая задача: как объяснить подачку персоналу, найти нужные слова, не вызвав волну негодования и швыряния заявлений об увольнении.

У сансары вселенной нет конца и начала

Вечный двигатель крутит по кругу.

Если песнь одного отзвучала,

Нота прошлого даст горечи новому звуку.

Басы красивой инструментальной музыки ворвались в открытое окно второго этажа старого дома. На зазвучавший шансон или страдальческие соседские мотивы сверху Яна бы не среагировала, но тут явно веяло приличным вкусом и хорошей акустикой. Точно не местные. Она выглянула во двор, приподняв вверх нежно-бежевые шторы-плиссе. Источником звука служил темно-серый RAV 4. Мужчина, сидевший на месте водителя, припарковался в довольно странном месте: между ободранными трубами теплотрассы, протянутыми невысоко над землей и металлическим забором, образующими прямой угол. Обычно в этом закутке шайками собирались местные выпивохи, ну и понятно, автомобили, во избежание неприятностей, здесь не ставили. Водитель РАФа распахнул переднюю дверь и наполовину высунувшись наружу, пытливо приглядывался к подъездам, едва видных из-за кустарников.

Двор в стареньком Ленинском районе захлебывался растительностью. Липы, клены, тополя, яблони и сирени росли вперемежку на близком расстоянии друг от друга.. Беспорядочная молодая поросль наседала по краям. Стволы прижимались слишком близко к стенам дома, разрушая фундамент, но ЖКО упорно не замечало проблемы. Жалобы на кромешную темень оставались в лучшем случае без внимания, в худшем сотрудники ограничивались угрозами: «Попробуйте срубить хотя бы ветку, затаскаем по судам!» Если Яне обзор из окна открывался хотя бы частично, то соседям из дома напротив повезло гораздо меньше. Ветви полностью закрывали дневной свет.

Высокая трава, именуемая в народе «костром», никогда не видевшая газонокосилки, вместе с чертополохом и лопухом оккупировала всю остальную свободную территорию. Усилиями жильцов с первых этажей, возле подъезда создавались импровизированные газончики, расцветающие ландышами и лилиями. Соседи пытались отгородится от шастающих под окнами бомжеватого вида гостей. Прямо к деревьям прибивались алюминиевые и деревянные перекладины, призванные имитировать заборчик. Местами балки перекрывались листами из пластика или ПВХ, частично встречалась фанера. Так люди наводили уют и облагораживали родной двор, поднимая эстетику на невиданные высоты.

Трава не росла только там, где положено было лежать асфальту и парковались автомобили, ловко втыкаясь между зияющими провалами. Весной, при таянии снега, ямы наполнялись водой, высыхавшие только к июню. Слякоть и грязь стойко держалась, даже когда весь остальной город уже задыхался от сухой пыли. Когда посторонний человек впервые заезжал во двор, его не покидало ощущение разрухи и недавней бомбежки. Двор, как будто человек, потерявший зрение, компенсировал одно чувство другим, в данном случае - повышенной слышимостью.

Музыка не стихала, мужчина из РАФа явно чего-то или кого-то ожидал. Яна, потеряв интерес, собралась было отойти от окна, как знакомый восторженный вопль, перекрывший мелодию, заставил её задержаться. Из-за угла на шум вырулил радостный Тракторист. А как же иначе? Где забава, там Витёк. Ни одно дворовое событие не могло обойтись без его участия. Рядом тащился друган, в спортивных штанах с оттянутой задницей и замызганной футболке. Такой же задроченный забулдыга.

Водитель заметно оживился, вышел из машины и замахал рукой, подзывая приятелей к себе. Витек, предвкушая развлечение, вскинул руку, ответно приветствуя гостя во дворе, и незамедлительно оказался рядом: