Там для нас была оборудована комната для хранения снаряжения и класс для импровизированной подготовки.

Естественно, что никаких тетрадей никто из нас не вёл. Вся подготовка сводилась к записям на планшете или доске.

— Строй держим хорошо, а вот ближний бой пока с вами не выходит. Вы же летали ранее на МиГ-29?

— Переучился, но в достаточной степени полетать не вышло, — тихо сказал Вдовин.

— Как вас по отчеству? — спросил я.

— Пётр Аркадьевич.

— А я Сергей Сергеевич, — протянул я ему руку.

Естественно, что опыт у Вдовина большой, но пока он его не может перенести на МиГ-29. Запаздывает с манёвром, жалеет машину, чтобы не попасть на критические режимы. В нём пока ещё сидит строевой лётчик, который летает с соблюдением инструкций.

Это хорошо — постулаты инструкций написаны кровью. Но в бою приходится их нарушать.

— Если честно, Сергей, я за вами просто не успевал. Либо вы очень хорошо знаете этот самолёт, либо в воздушном бою вам нет равных.

— Если честно, меня дважды сбивали. Так что я не идеален, — посмеялся я.

Вдовин же был всё так же мрачен. Стоит разузнать его историю.

— Аркадич, нам с вами идти вместе в бой. Не расскажете о себе? Всё же, командир полка и здесь…

— Да, я здесь. Давайте условимся. Мне всё равно, что привело вас сюда и вам на меня тоже. Считаю, что так правильно, — ответил Вдовин, остановившись на входе в ангар.

Наверное, время для откровений ещё не пришло.

За нами остановился автомобиль — наш советский УАЗ-469. Из него вышел полковник Зоран Видич — командир 204го полка и командир эскадрильи МиГ-21.

— Радонич, как полёт? — спросил полковник Зоран Видич.

— Хорошо. Чем могу помочь?

— С командиром эскадрильи «Дельта» знакомы? — представил он мне подполковника в хорошем комбинезоне из «Номэкса».

Если сравнить одежду комэска «Дельта» и обмундирование Видича, непонятно кто больше зарабатывает. Ещё и часы золотые с большой цепочкой на шее. Как-то нескромно!

Я пожал руку комэска, заметив большой перстень на безымянном пальце.

— Синиша Предович. Говорят, вы хотите с нами поработать? Предлагаете нас научить садиться на трассу? — с издёвкой спросил комэска.

— Я думаю, вы сами понимаете, насколько это важно.

Синиша улыбнулся, но комполка решил ответить за него.

— Не понимаю. Вообще, мне не по душе ваши идеи. Летаете вы на своих 29х и хорошо. Но кто-то в штабе решил, что Сергий Радонич — пророк и всё предугадывает. У вас опыт, умения и знания. Пока я ничего такого не вижу.

Старая песня! Мне всегда хочется ошибаться в таких случаях. Если я буду не прав по отношению к возможным действиям американцев, то это большая удача. Тогда и Сербия устоит.

— Я готов продемонстрировать на деле свои идеи и тактику.

Вдовин стоял рядом и тоже готов был подтвердить готовность к отработке совместных действий с сербами.

— Командир Видич, а давайте! Пускай покажет нам, как на дорогу садиться, — предложил Синиша.

— Нет. Пока ничего не нужно, — «отрезал» командир полка и пошёл к машине.

— Чего нервничать? — шепнул Вдовин.

— Минуту времени, руси, — улыбнулся Предович.

Зачем тогда приезжал командир?! Вообще, в случае с Видичем я впервые в Сербии встретился с непринятием нас как специалистов. Вроде и Гаврюк у них в эскадрилье. Его слушают внимательно, а нам не доверяют. Странно!

Полковник Видич постоял около машины и вернулся обратно к нам.

— Я же говорил, — шепнул Синиша.

— Завтра день подготовки. Покажешь тактику, и мы примем решение, — сказал Видич.

Ну и за кого он меня принимает? Заранее раскрывать тактику нельзя. Только в бою и с теми, кто реально будет летать. Иначе, все наработки могут дойти «куда не надо». Сначала надо со своей группой разобрать.

— Командир, предлагаю показать на деле. Вы покажете себя, а мы себя. Чтобы было всё честно, я могу сделать на МиГ-21 с вашим звеном.

— Хорошо. Синиша, подбери ему личный состав и противников.

— Нет, вы не поняли, командир. Этим ребятам не против 21х нужно будет воевать. Бой должен быть против МиГ-29.

Даже Вдовин обалдел. А по мне так ставки вполне адекватные. Это именно то, что нужно отрабатывать. Истребители должны бороться не только с равным противником, но и с тем, кто сильнее.

— Вы это серьёзно?! — посмеялся Предович, доставая красную пачку сигарет.

— Радонич, наши МиГи используются как ударный вариант для нанесения бомбовых ударов. Для этого они и были модернизированы корректируемыми бомбами и прочим новейшим вооружением. Смысла в таких вот героических поединках нет. Шансами там и не пахнет…