— Много ли машин ездит по этой дороге? — спросил я.

— Достаточно. А что?

— Если у вас нет дальних аэродромов, можно придумать их. Используем автомобильные трассы для посадки и рассредоточения. Техника постоянно должна будет курсировать по стране…

— Радонич, вы слишком хорошо оцениваете наши возможности. Не каждый лётчик способен взлететь с трассы. Тем более сесть на неё.

— Хотите сохранить авиацию? Придётся их научить, — спокойно сказал я.

Тадич покачал головой.

— Я поговорю с командованием. Пока что основные задачи у нашей авиации — война с боснийцами. Нам нельзя терять Республику Сербскую.

— А Косово? Там всё спокойно?

Предраг промолчал. Видно было, что он слишком напряжён и устал.

— Я не могу тебе всего рассказывать. Одно ты должен понять, Сергие — просто так нашей стране никогда не дадут жить и процветать. Всегда будут пытаться подорвать изнутри. К сожалению, у западных стран это получается. И русских ожидает то же самое, если не сделаете выводы.

Тадич прав как никто. Распад Югославии — прообраз распада нашей страны.

Прошло несколько минут, и мы свернули с трассы на просёлочную дорогу. Проехав пару километров, мы оказались в небольшой деревне.

Дома стоят так, будто в серой траве огромное число божьих коровок спряталось. Черепичные крыши на каждом жилом и нежилом здании. Никаких ровных линий и улиц. Все дома стоят хаотично.

Остановились около одного из частных владений. Невысокий металлический забор с вьющимися растениями окружает этот уголок размеренной жизни деревенских жителей.

У самой калитки Предраг чуть не сбил курицу, которая начала кудахтать, убегая в страхе от нас в глубину двора. Только я занёс ногу, чтобы войти, на выложенной камнем дорожке появился огромный пёс с густой белой шерстью, широкой головой и висячими ушами. Мощные лапы напряглись. Пёс замер.

Ещё один шаг и «охранник» громко рыкнул на меня. Ему ничего и не скажешь. Это же шарец — местная порода собак. Думаю, что понимает только сербский.

— Йося, седи! — услышал я голос из-за угла дома.

Рядом с собакой появился преклонного возраста старик в головном уборе под названием шайкача с кокардой в виде герба бывшей Югославии. В Сербии носить такое очень почётно.

Предраг со стариком тепло обнялись, обменявшись фразами на сербском.

— Деда Драгомир, это Сергий. Он рус.

— О, братэ! Сербы и руси — братья, — сказал старик и подошёл ко мне.

Он крепко пожал мне руку и обнял. Несмотря на возраст, в этом сербе ощущается настоящая сила. Такому крепкому рукопожатию в его возрасте можно позавидовать.

— Син! — похлопал он меня по щеке, назвав сыном, и позвал ещё кого-то.

Во двор вышла женщина в светлом платке, покрывавшем голову, тёплой жилетке и длинной юбке.

— Предраг! Почему ты предупредил только вечером? Я не успела ничего приготовить, — воскликнула женщина на чистом русском языке.

Женщина оказалась русской, и звали её Анна. Она также подошла ко мне и обняла, будто я ей родной.

— Худой какой-то. Быстро мыть руки и за стол, — сказала женщина.

— Баба, мы всю ночь не спали…

— Вот сначала кафу, а потом и поесть. Сергею никуда торопиться не нужно уже, верно? — взъерошила мне волосы Анна и ушла в дом.

От такого тёплого приветствия стало даже не по себе как-то. Знаю, что это не мой дом, но с такими дедом и бабушкой, как Драгомир и Анна, чувствуешь себя на Родине.

Во дворе всё как у нас в деревнях — небольшой огород и сад с плодовыми деревьями. Дрова аккуратно сложены рядом с сараем, а пёс Йося медленно прохаживается между бегающими курицами.

Я подошёл к ограде и рассмотрел фантастический пейзаж. Перед глазами изгиб широкой реки, широкое поле и большой хвойный лес на другом берегу. Покой и тишина, нарушались лишь звоном колокольчиков на пасущихся вдалеке коровах. В такой ситуации сложно не влюбиться в это место с первого взгляда.

— Так, а почему бы нам ракию не опробовать? Сам делал, — подошёл ко мне дед Драгомир.

Ну куда же без этого национального напитка! Тут же дед Драгомир показал и свой аппарат для приготовления этого чуда местного самогоноварения. Оказывается, один из сараев у Драгомира, как у любого приличного сербского деда, отведён под место, где он печёт ракию.

— Главное — плоды айвы разрезать на две части. Извлечь сердцевину, косточки, а также всё, что может дать горький привкус, — объяснял, как отбирать ингредиенты для ракии.