– Так и есть. На город, на каждую стеночку в нём, на каждый его кирпичик, наложена печать сдерживания духа. Сильнейшая печать, ведь те, кто её наложил, отдали свои жизни ради неё.

– Что-то слабо верится. Я ведь, едва попав в эти края, чуть не стал кормом стеклянных псов.

– Так сколько времени утекло с момента запечатывания. Само собой печать начала ослабевать и более сильные духи начали выбираться из её плена, - пояснил один из анчуток.

– Понятно, - кивнул Генка и тут же решил дать волю своему любопытству. – Слушайте, вы говорите, что едва родившись, сразу оказались в плену подвала. Так откуда вы столько всего знаете?

– Ха. Пусть мы не могли свободно передвигаться, но слышать и общаться могли свободно с кем угодно, - горделиво заявил один из духов. – К тому же нам не повезло оказаться запертыми возле книги жизни и городского погоста. Эти духи горожан только и делали, что учили нас, учили. Ещё и эта книга поучать взялась. Достали своими поучениями до такой степени, что мы решили съесть первого живого, который на глаза попадётся.

– Им оказался я?

– Да. Да. Ты, хозяин. И теперь книга жизни решила стать твоей. Даже сама сосуд мира активировала и к тебе прикрепила.

– Стоп! Стоп! Что ещё за книга жизни? Что за сосуд мира?

– Вот неуч. Вот неуч, - опять захихикали анчутки.

– Хватит ржать как кони. Лучше просветите меня, раз такие всезнайки учёные.

– Конечно хозяин, - моментально перестав хихикать, ответили духи и принялись поучать Генку.

– Когда над погибшим городом погас последний луч солнца, хранитель книги жизни пришел в храм предков, спрятал своё сокровище в его подвале и совершил кровавый ритуал. Он вошел в древо жизни, отдав ему всего себя: тело, жизнь, дух и душу. А взамен получил благословенную клятву вечности. Согласно которой, первый человек, что очистит храм предков от грязи, станет его наследником. Правопреемником, который унаследует хранимую им книгу жизни и прикреплённый к ней сосуд мира.

– Это ведь ты, хозяин, убрал дочиста храм? Это же ты, поцарапался и окропил своей кровью древо жизни в нём, чем активировал клятву вечности и получил наследство и нас в придачу.

– Да я. И что с того?

– Ха-ха-ха. Ха-ха-ха. Вот неуч! – опять рассмеялись анчутки. – А то, теперь твоя судьба идти по пути хранителя, набираться сил и исполнять книжные приказы. Теперь ты новый хранитель, а мы твои слуги.

– Хранитель! Хранитель! Да что в этой книге такого ценного, что ей хранитель понадобился.

– Не знаем. Не знаем. Знаем только то, что книга жизни будет капля за каплей открывать знания своему хранителю и больше никому в мире. Жди. Книжка тебя научит. Жди. Жди.

– От вашего «жди – жди» не по себе становится. Чует моё сердце ничего хорошего из этого не выйдет.

– Выйдет-выйдет. Другие духи говорили, что тот, кто прочтёт эту книгу до конца, станет самым сильным, самым непобедимым. Так что жди, жди. Книжка хочет, чтобы ты её читал и таковым становился.

– А что насчёт сосуда мира? Что о нём знаете?

– О! О сосуде мира мы знаем чуть больше. Он всегда находится рядом с книгой жизни. Он создан на зоре времён, забытым мастером, идущим по пути жизни. На вид она невзрачна, но сделана из самого рифэя. Редчайшего материала, что одновременно похож и на металл, и на глину, и на кристалл. Рифэй не что иное как затвердевший, чистый эфир, принявший физическую форму. Внутри этого сосуда спрятан небольшой параллельный мир, созданный для комфортного проживания побеждённых духов. Пока мы тебе не нужны мы живём в мире сосуда, а когда тебе угрожает опасность, выбираемся из сосуда. Так же именно там мы будем получать часть полученного тобой совершенствования и будем расти и развиваться, становясь всё сильнее.

– Понятно. И в кого же вы вырастите? В таких больших монстров, вид которого приняли в подвале?

– Нет. Нет, - тут же ответили анчутки. – мы не знаем, кем станем. Это зависит полностью от тебя. От уровня твоей силы, состояния души, духа и твоих моральных качеств. Как говорится – каков хозяин таков и слуга. Если ты будешь творить зло и нарушать моральные принципы, мы вырастим могучими монстрами. Если ты будешь вести образцовый образ жизни, мы запросто можем вырасти духами хранителями.

– А если я собираюсь не кидаться в крайности и жить обычной жизнью?

– Не знаем. Не знаем. Поживём и увидим.

Тут вернулись в комнату Генки улетевшие анчутки с какими-то светящимися ягодами в маленьких лапках. Спелые ягоды, испускавшие приятное желтое свечение, заполнили своим сладким ароматом всю комнату и у парня невольно слюнки потекли.

– Кушай, хозяин, - не сбавляя скорости, пропищал первый анчутка, что быстрее всех подлетел к нему и бесцеремонно затолкал странную ягоду в рот парня. Потом второй, и третий. Генка от неожиданности на мгновенье растерялся, и попытался было сопротивляться, но тело отказывалось повиноваться. Потому ничего не оставалось, как послушно глотать, едва переживав угощение.