Киль пожал плечами. Пожатие было болезненным из-за устройства, поддерживающего его крупную голову. Он чувствовал, как по мере все большего утомления мышцы шеи скручиваются болезненными узлами от затылка к волосам.

– И что вы думаете о старом споре в свете этих перемен? – спросила Алэ. Ее вопрос прозвучал как вызов.

– Вы создаете барьеры, создаете берега, которые могут утопить острова, – сказал Киль. – вы делаете это для распространения морянского образа жизни. Островитяне были бы дураками, не задайся они вопросом – не делаете ли вы все это, чтобы утопить острова, а заодно и всю муть.

– Уорд. – Карин покачала головой прежде, чем продолжить. – Уорд, конец жизни на островах в том виде, в каком вы ее знаете, произойдет при нашей жизни. И это не обязательно плохо.

«Не при моей жизни», подумал он.

– Вы это понимаете? – требовательно спросила она.

– Вы хотите, чтобы я облегчил для вас эти перемены, – произнес Киль. – Сделать меня козлом отпущения, Иудой. Вы слышали об Иуде, Карин? А о козлах?

Заметная тень беспокойства показалась на ее лице.

– Я стараюсь дать вам понять, как скоро островитянам придется меняться. Это факт, и с ним придется считаться, нравится вам это или нет.

– А еще вы стараетесь заполучить наше производство водорода, – заметил Киль.

– Я стараюсь удержать вас выше нашей морянской политической грызни, – вставила она.

– Знаете ли, Карин, что-то я вам не доверяю. Я подозреваю, что вы действуете без одобрения вашего собственного народа.

– С меня довольно, – прервал Паниль. – Я предупреждал тебя, Карин, что островитянин…

– Дозволь мне управиться самой, – возразила Карин, утихомирив его движением руки. – если это и ошибка, это моя ошибка. – Она обратилась к Килю. – Вы можете поверить в возвращение гибербаков или восстановление суши? Вы можете понять значимость восстановления сознательности келпа?

«Это представление», понял Киль. Она разыгрывает его для меня. Или для Паниля.»

– С какой целью и при помощи каких средств? – спросил он, стараясь выиграть время.

– С какой целью? Мы наконец-то достигнем реальной стабильности. Все мы. Это то, что сможет объединить нас.

«Она выглядит такой спокойной, такой лощеной», подумал Киль. «Но что-то все-таки не в порядке.»

– Что для вас самое важное? – спросил он. – Келп, суша или гибербаки?

– Мои люди хотят заполучить гибербаки.

– А ваши люди – это кто?

Она оглянулась на Паниля.

– Большинство – вот кто ее люди, – сказал тот. – Вот так у нас делаются дела.

– А что самое важное для вас, Тень? – спросил Киль, глядя на него сверху вниз.

– Лично для меня? – глаза Паниля неохотно оторвались от экрана. – Келп. Без него вся эта планета – бесконечная борьба за выживание. – Он указал на экраны, от которых, как напомнил себе Киль, зависела жизнь многих островитян. – Вы видели, на что он способен, – добавил Паниль. – Вот сейчас он удерживает Вашон на глубокой воде. Это удобно. Это помогает выжить.

– Вы полагаете, это надежно?

– Да. У нас есть все, что было спасено из старого Редута после катастрофы. И мы хорошо представляем себе, что в этих гибербаках? Они могут подождать.

– Конечно, это меня тревожит, – сказал Киль, взглянув на Алэ. – Я знаю, что предположительно находится в контейнерах. А что говорят ваши записи?

– У нас есть все основания полагать, что в гибербаках содержатся земные формы растительной и животной жизни – все, что Корабль считал необходимым для колонизации. И там должно оказаться около тридцати тысяч человек – сохраняющихся до бесконечности.

Киль фыркнул при словах «есть все основания полагать». «Все-таки они не знают наверняка», подумал он. «Это выстрел вслепую». Он уставился в потолок, думая о кусках плаза и пластали, а заодно и о всей плоти, кружащей вокруг Пандоры год за годом.

– Там может оказаться все, что угодно, – произнесла Карин. – Все, что угодно.

Он знал, что эти слова продиктованы страхом.

– Вы претендуете на то, что представляете большинство морян, – сказал Киль, обвиняюще взглянув на Карин, – но в ваших действиях ощущается неуверенность.

– Есть политические тонкости… – Карин перебила сама себя. – Уорд, наш космический проект будет продолжаться вне зависимости от того, преуспею я с вами или нет.

– Преуспеете? Со мной? – Казалось, ее замысла и махинациям нет конца.

Алэ выдохнула – это прозвучало скорее как шипение, нежели как выдох.

– Если я потерплю поражение, Уорд, для островитян дело плохо. Мы хотим положить начало цивилизации, а не войне. Как же вы не понимаете! Мы предлагаем островитянам сушу для колонизации.