Криксы предупреждающе заверещали, но почти тут же смолкли. Рвачи кружили поодаль, опасаясь лазера. «И немаленькая это стая», подумал Твисп. Голод пригнал их сюда, а страх удерживал подальше отсюда.

– Нам можно подняться на борт? – спросила Скади.

– Да, – ответил Твисп и втянул Бретта в лодку, а затем осторожно помог Скади перебраться через борт. Он закрепил канат, чтобы плотик оставался пришвартованным к лодке, потом сунул фонарик под сидение. Твисп положил руку Бретт на плечо и не стал убирать ее оттуда, не желая оборвать чувство успокоения, даруемое прикосновением.

– Вас и слушать не захотели, верно? – поинтересовался Тедж. – И вам снова пришлось драпать. Что стряслось с вашим грузовозом?

– Нам нужно торопиться в Вашон? – спросил Твисп.

Бретт поднял обе руки, чтобы потребовать от них молчания.

– Я думаю, что нам следует все обсудить, – сказал он.

Бретт поведал о встрече с Гэллоу и Накано так сжато, как только мог. Это был краткий и точный отчет, который Твисп выслушал со все растущим восхищением по отношению к Бретту.

«А у него светлая голова», подумал Твисп.

– Давайте убираться отсюда! – сказал Тедж, как только Бретт закончил свой рассказ. – Это же дьяволы, а не люди! Они наверняка последовали за вами, и как только они объявятся…

– Да заткнись ты! – рявкнул Твисп. – А не хочешь, так я сам тебя заткну. – Он повернулся к Бретту и спросил уже более спокойным голосом. – А ты что думаешь? У них два грузовоза, и они могут преследовать нас…

– Они не собираются преследовать нас – пока еще не собираются, – ответил Бретт. – Им сперва надо поймать другую рыбку.

– Ты дурак! – выпалил Тедж.

– Отключите ему динамик, – попросила Скади голосом ровным и твердым, как пласталь.

– Они говорили, что ждут возможности выкрасть доктора, – продолжал Бретт. – Судя по их поведению, скорее всего, так оно и есть. Похоже, они попытались что-то сделать, но у них не вышло. Они были потрясены и пытались скрыть это от нас всей своей похвальбой.

– В этом весь Гэллоу, – пробормотал Тедж.

– И что они собираются делать, кроме как ждать доктора? – осведомился Твисп.

– Они болтались возле пусковой базы, – ответил Бретт. – А там, где дело касается Гэллоу, о совпадениях речь не заходит. По моему, они хотят заполучить гибербаки.

– Конечно, хотят, – ввернул Тедж. – Я же вам говорил.

– Он уж очень хочет их заполучить, – сказал Бретт и кивнул в ответ на свою догадку. Кружащие по орбите гибербаки были самой популярной темой для рассуждений на Пандоре. Догадки о содержимом гибербаков были основной темой для разговоров наравне с погодой.

– А как начет его угрозы помешать морянам возводить новую сушу? – спросил Твисп. – Он может это сделать, располагая всего одной субмариной и парочкой грузовозов?

– Я думаю, что Вашон в опасности, – откликнулся Бретт. – Гуэмес был гораздо меньше, но все-таки… топить острова слишком легко, чтобы Гэллоу смог от этого удержаться. Примерно тогда же, когда гибербаки будут опущены с орбиты, он попытается затопить Вашон, я в этом просто уверен.

– Он говорил что-нибудь определенное? – спросил Твисп. – может, он нашел реальный список содержимого гибербаков?

Бретт покачал головой.

– Не знаю. Нечто настолько значительное… он не мог бы удержаться и не похвастаться. Тедж, он когда-нибудь говорил тебе, что там крутится на орбите?

– У Гэллоу… ну, мания величия, – ответил Тедж. – И все, что дает ей пищу, для него реально. Однако он никогда не говорил, что знает, что там, в гибербаках; он знал только политическое значение обладания ими.

– Бретт прав насчет Гэллоу, – подтвердила Скади.

Твисп разглядел темные искры ее глаз в подымающемся рассвете.

– Гэллоу похож на многих морян – они верят, что гибербаки спасут мир, уничтожат мир, сделают нас богатыми или проклятыми до скончания веков.

– Как и многие островитяне, – добавил Бретт.

– Сплошные догадки и никаких фактов, – подытожил Твисп.

Скади переводила взгляд с Бретта на Твиспа и обратно. Как же похожа их манера говорить! Оба лаконичные, разумные – и цельные, как скала. Теперь она повнимательнее пригляделась к Бретту и увидела эту внутреннюю силу, растущую в его юном теле. Она чувствовала, какую мощь он обретет, став взрослым. Да Бретт уже и стал взрослым. Юный – но уже такой надежный. Словно опьянение при слишком быстро погружении, на нее нахлынула мысль: я хочу быть с ним всю свою жизнь.