Мы наметили точки, куда будем перебрасывать наши диверсионные группы, а так же наметили маршрут нашей бронегруппы, которую мы решили отправить в рейд по ближайшим тылам противника, чтобы окончательно ушатать его логистику.

Мы решили нанести все запланированные удары примерно в один момент времени.

Когда противник втянулся на территорию, где была расположена наша первая линия обороны, и пехота, покинув бронированный транспорт растеклась по сети траншей, стремясь взять их под контроль и подавить возможное сопротивление.

А танки распределились про всей занятой площади, для того, чтобы контролировать подходы.

Понаблюдав за действиями противника и убедившись в том, что противник счёл победу уже достигнутой, мы решили, что пора начинать.

Началось движение в трюме БДК, где был расположен портальный узел, и диверсионные группы, одна за одной, отправились на исходные.

Бронегруппа ушла последней.

Все знали что и когда следует делать, а пока затаились, глядя на свои хронометры в ожидании времени «Ч»…

Когда время «Ч» таки наступило, все об этом узнали и без хронометров, так как огромная площадь нашей первой линии обороны, захваченная противником, вдруг покрылась многочисленнымиразрывами.

Грохот там стоял, я так думаю, ужасающий.

Да и силы противника, похоже, понесли значительный ущерб. Как нам доложили, обратно уползло примерно двадцать танков, и меньше половины бронетранспортёров.

При этом было зафиксировано несколько тощеньких колонн отступающей пехоты.

А раз они отступали пешком, то это значит, что места на БТРах достались тем, кто ходить не мог, то есть трёхсотым. И, похоже, было их много.

Почти сразу за началом бесславного отступления демократов, из портала стали появляться наши диверсанты…

Из итогового доклада Семёна я уяснил, что мы умудрились, потеряв всего двух человек убитыми. Потеряли и один танк, но тут уже вследствие раздолбайства и стечения неблагоприятных обстоятельств.

Танк при форсировании болота сошёл с понтона и нырнул. Хорошо, экипаж успел выбраться наружу до того, как он полностью погрузился в удовлетворённо булькающее болото.

Легкораненых было с десяток, но через небольшое время все они опять будут в строю, благо, что регенерационные капсулы Эви прихватила с собой.

Таким образом, и этот раунд остался за нами.

Когда же опустилась ночь, то инженерная рота почти в полном составе выдвинулась к перепаханной взрывами первой линии и занялась восстановлением минных кластеров.

Ребята были экипированы по полной программе, маскировочные артефакты, артефакты ночного зрения…

В общем, даже не смотря на то, что изредка противник продолжал обстреливать эти наши позиции фугасно-осколочными снарядами, ребята дело своё сделали.

На следующий день атака повторилась, но, как бы это сказать поточнее, это был уже вариант «лайт».

Видимо сказалось то, что больше половины складов уже прекратили своё существование, так же было разрушено множество заправок, уничтожены логистические терминалы.

Кроме того, уже понесённые противником потери заставляли его осторожничать и оттягивать свои подразделения назад, как только возникал намёк на то, что может приключиться очередной бада-бум.

То есть, мы даже не получили достойного повода, чтобы опять использовать свои минные кластеры, восстановленные нашими героическими инженерами и сапёрами.

А потом были ещё робкие попытки попытки атаковать занятую нами территорию. Ну нельзя же называть атаками попытки проникновения к нам нескольких ДРГ? Это были попытки, не более того…

Да, в составе этих ДРГ были профессионалы, если судить по местным меркам. Но ни по выучке, ни по экипировке они их совершенно нельзя было сравнивать с нашими гвардейцами. Небо и земля…

История этих диверсионных групп была коротка и печальна — их уничтожали, как только обнаруживали. В плен не брали никого, так как все рабочие вакансии на рудниках и сопутствующих производствах были уже заполнены, так как те деньги, что мы предлагали местным за труд воспринимались ими, как суммы нереальные и космические.

Они ждали первой выплаты очень нервозно, так как в их среде множились соображения типа того, что раз обещают такие большие деньги, то кинут непременно, иначе и быть не может…

И для меня было отдельным удовольствием наблюдать физиономии тех, кто прямо у кассы вскрывал конверт и очумело крутил в руках банкноты, будучи не в силах поверить, что теперь это их деньги…

Так вот, атаки прекратились.

Пронька, отправленный на этот раз просто подслушивать и подглядывать предоставил мне видеоряд и звукоряд одного из совещаний командования республиканских войск, направленных для подавления очередного, как они полагали, выступления несносного Кудесника Джо.