Света невольно ахнула и тем спасла французу жизнь. Мужчина перед ней мгновенно обернулся. Ни слова не говоря он бросился на второго, вновь прибывшего. В руках у обоих сверкнули ножи.

Не издавая ни звука, мужчины начали бороться, врезаясь в стены и сшибая мебель. Света в ужасе попятилась из прихожей. Она расширенными от страха глазами следила, как в воздухе мелькает сталь. В пылу драки у обоих разошлись полы курток, и стали видны пистолеты. Это всё просто не может происходить…

Мужчины дрались всерьёз, насмерть, они кружили друг вокруг друга, будто в смертельном танце. Они с грохотом снесли консоль, первый впечатал второго в зеркало, и оно разлетелось на крупные осколки. Её пальто и куртку они походя смахнули на пол и прошлись по ним.

Света вдруг осознала, что она не может дышать, и схватилась за горло. Как в замедленном воспроизведении рука одного с зажатым в ней клинком полетела в сторону незащищенного бока другого, но натолкнулась на жёсткое препятствие — её француз выставил блок свободной кистью и тут же ударил в ответ.

Света почувствовала, что её колени начинают слабеть. Тот, второй, мужчина явно пытался обойти её француза, и добраться до неё. Её француз пытался оттеснить его к входной двери, но получалось плохо. Они сцепились, как два дерущихся пса.

Наконец, второй смог свалить первого с ног и тут же бросился к Свете. Она взвизгнула, но ноги её приросли к полу. Она не могла сделать и шага. Она в полном ступоре смотрела, как нож медленно плывёт к её груди. Этот мужчина сейчас, не изменившись в лице, выпотрошит её, как зайца.

Но мужчина не достал её. Вместо этого он с невнятным рыком рухнул лицом вниз, как подкошенный. Её француз, не вставая, схватил его за ноги и дёрнул, не давая ему подобраться к Свете ближе. Драка возобновилась уже на полу.

Света пятилась всё дальше. Теперь она видела, что её француз закрывал собой дверь в комнату, куда отступила Света. Он упорно не давал второму выбраться из прихожей. Он и правда её защищал!

Мужчины не кричали, лишь надсадно хрипели, и от этого почему-то было ещё страшнее. Для Светы они слились в многорукий и многоногий клубок движущихся тел. Она не могла определить, кто побеждает. Она даже выскочить из квартиры не могла, ведь они перегородили единственный выход. Впрочем, будь путь открыт, от этого было бы мало толку — всё её тело одеревенело от страха. Она никогда в своей жизни не видела дерущихся людей.

Мужчины двигались так быстро, что она не могла уследить за их движениями. Они всё-таки вломились в комнату, едва не сшибив дверь с петель. Света вжалась в угол. Она очень чётко поняла, что оба ввалившихся к ней человека были профессионалами. Профессионалами в том, что они делали прямо сейчас. В убийстве. Это была не простая сшибка двух драчунов.

От двух сплетённых тел донёсся болезненный, тихий вскрик. Один из ножей окрасился кровью. Но чей? Света очень хотела верить, что ранен не её француз! Он ведь её, правда? Мужчины, наконец, отцепились друг от друга, и Света снова ахнула.

Именно её француз и был ранен. Он не просто защищался, но и оберегал Свету, и ему это мешало. Противник разрезал футболку на его груди, и в образовавшейся дыре была видна глубокая рана. Гораздо более глубокая, чем на боку. Её француз тут же развернулся и встал между Светой и вторым мужчиной.

— Тraitre[4], — прошипел его противник.

Тоже француз!

Вид крови странным образом подействовал на Свету. Вместо того, чтобы оглушить окончательно, он вдруг встряхнул её. Девушка подпрыгнула на месте и вздрогнула, будто невидимые путы, державшие её до этого, спали.

Света заполошно оглянулась вокруг себя в поисках. Она не знала, что ей делать и кому верить, но всё-таки её француз не пытался её убить. И выбор надо было делать сейчас. Впрочем, она давно уже его сделала.

Она схватила стоявшего на столе хрустального огромного монстра — большую толстостенную чешскую салатницу, призрак советских лет, бог весть как доживший до наших дней в съёмной квартире. «Вот и пригодилась», — промелькнуло в голове у Светы.

Света обхватила свой снаряд покрепче и приготовилась дорого продать свою жизнь. Мужчины снова сцепились и закружились по комнате. Второй мужчина смог развернуть обоих так, чтобы встать ближе к Свете, и теперь пытался сбросить с себя её француза. Если у него получится — ей конец. Бежать больше некуда.

Не дав себе времени задуматься, Света размахнулась посильнее и со всего маху опустила салатницу на макушку того мужчины, который пришёл вторым. Он настолько не ждал нападения с её стороны, что безбоязненно повернулся к ней спиной. Мужчина, не издав ни звука, обмяк и повалился на пол. Из размозжённой раны на его голове быстрым потоком потекла кровь.

Салатница, уцелевшая при ударе о голову, упала на пол из её ослабевших пальцев и только там разлетелась на крупные куски. Света, не веря в то, что она только что сделала, выпучив глаза, смотрела на лежащее тело.