Довольно тяжёлый, килограмма три, не меньше. Но если привыкнуть, то думаю, неплохое приобретение, особенно для человека, который любит гулять по лесу. Главное, не стрелять из него по бедующему шашлыку, ведь иначе он моментально испортится.

Любопытство съедало, поэтому попробовал пустить через посох ману, и она начала утекать без остановки. Практически на последних каплях моего источника, когда уже хотел прекратить, чтобы не словить магическое истощение, посох моргнул зелёным, а из его завершения, вдоль его же оси, вылетел призрачный череп, который растворился в небе.

— Подлечился, мать твою, — негромко ругнулся, так как теперь снова надо копить ману, ведь мой накопитель взорвался, когда я хотел активировать рисунок с исцеляющим заклинанием.

Порывшись в остальных вещах гоблина, обнаружил довольно крупный мешочек с шариками, которые так ждал получить демон, что сейчас в подвале моего замка. Их тут было в несколько раз больше, чем мешке того демона, который теперь служит мне плащом.

Далее были непонятные мне предметы и мешочки с разными порошками и смесями. Пробовать это я конечно же не стал, просто закинул в свой рюкзак. Самое интересное было на груди демона. Там висел небольшой медальон из кости, на обратной стороне которого, имелась задвижка. Отодвинув задвижку, обнаружил маленькие красные диски. Словно монеты, но выполненные будто из цельного куска рубина. Не мудря долго, повесил этот медальон себе на шею, в надежде что он может быть похож на тот, что дал мне артефактор, ну или просто хранилище неизвестных монет.

Потом пришла мысль, что если он защитный, то явно не очень хороший, ведь позволил проткнуть мечом своего прошлого хозяина.

Закончив осмотре, вырезал и его источник, довольно крупный, почти в два раза больше всех виденных ранее у гоблинов. Затем мне пришла в голову замечательная идея и я свалил всё, что здесь было в одну большую кучу и поджёг. Если придут товарищи павших, то пусть потом гадают что произошло.

Подойдя к вратам, обратил внимание на землю и взгляд зацепился за камни, что были до середины утоплены землю. Их было пять штук и на каждом из них, еле видно светился символ. Размером они были не более кулака, а потому положить их в рюкзак не составило труда.

Как только последний камень занял своё место у меня за спиной, как портал в другой мир начал уменьшаться в размерах, и я едва успел запрыгнуть на ту сторону.

По это сторону всё было примерно так же как я и оставлял. Лишь угли совсем прогорели и явно перестали давать жар, а тушка ящера даже не подгорела. Пришлось снова разводить костёр и ждать угли, чтобы дожарить тушку.

Пока всё это происходило, вырезал остальные источники у всех демонов, заодно обыскав гоблинов, у которых обнаружилось простейшее, костяное оружие и по паре шариков, целый мешок которых у меня уже был.

К моменту, когда мясо первого ящера было приготовлено, я уже съел три источника этих самых ящеров и всё пошло на увеличение размера моего источника. Более того, даже Изя съел один из этих источников и сейчас лежал мелко подрагивая.

Поскольку ничего более меня здесь не держало, отправился в обратный путь. А путь мой будет долог и тернист. Я буду поглощать демоническую энергию и усиливаться всю обратную дорогу до города, а делать это придётся на пределе своих сил и выносливости, что успеть поглотить и пустить на развитие как можно больше. Лишь из самого большого источника, планирую сделать новый накопитель, а ещё один отдать в качестве платы за создание этого самого накопителя.

* * *

— Ну что выяснил? — спросил глава рода Оверхоул.

В зале собрались все представители рода, что сейчас были в городе. Перед ними сидел ещё один маг, в серо-зелёной хламиде, а капюшон был накинут на голову так, что лица и не видно было, лишь часть подбородка.

— Он доехал до крайнего села в том направлении, затем отправился на своих двоих. Скорее всего уже освоил напитывание ног энергией, хотя возможно, что не только ног. Еле поспевал за ним, а шли мы практически без остановки и довольно быстро. Ночью я смог подобраться поближе и разглядеть его стоянку. По моим предположениям, его кто-то обучал, всё было грамотно сделано, а сам он, кажется, не спал. Сидел в позе для медитаций несколько часов, затем продолжил путь. Зверёк его — отдельная история, он чувствовал меня, а может даже слышал, несмотря даже на отвод внимания. Пару раз он останавливались и кажется смотрели прямо на меня, но сами понимаете, меня увидеть не дано многим «ищейкам», не то что десятилетнему пацану. Когда мы добрались до портала, я удивился ещё больше. Он холоднокровно лежал в своей засаде, без всяких пологов и отводов, когда демоны буквально походили в паре метров перед ним. Я следил за пацаном, а он за демонами, и так на протяжении нескольких часов. Далее мне пришлось отвлечься, одна из летающих тварей, каким-то образом меня заметила, когда я пытался подобраться поближе. Пришлось её уводить в сторону на безопасное расстояние и лишь там убить, чтобы не привлечь внимания. Когда вернулся, уже почти всё закончилось. Этот малец и его зверёк, каким-то образом разделались со всеми демонами и их летающими тварями.

— Ты пропустил самое главное? Как этот мелкий убивал демонов? — вскочил артефактор, сильно расстроившись, что не сможет услышать самое интересное.

— Одно из пунктов нашего контракта, незаметность. Сами сказали, надо последить так, чтобы парень обо мне не догадался, или стоило убивать ту тварь так, чтобы вся округа сбежалась на всплески магии и крики жертвы?

— Нет, ты всё правильно сделал, друг мой, прости за несдержанность брата, продолжай, — сказал глава рода, строго глянув на младшего брата.

— Так вот в после этого, он начал изучать демонические врата, хотя больше было похоже, что не врата, а врагов по т сторону, в какой-то момент и вовсе отправился в демонический мир, — в этот момент немного напрягся и сам глава. Ведь всем с детства известно, что по ту сторону только смерть. Маги там теряют свои силы, а ещё по ту сторону всегда есть ещё демоны, которые контролируют врата.

— Я так понимаю, парня можно не ждать? С той стороны не возвращаются, а жаль, у нас на него были другие планы, — сказал старший Оверхоул, задумчиво повернувшись к окну и начав сожалеть об упущенных возможностях.