— Они были известны и богаты? — я развернул стул спинкой вперед и сел на него верхом, сложив руки на спинке.

— Нет. Их объединяло то, что они были предсказуемо известны и богаты. Свою известность и свое богатство они накапливали, порой — годами. Собирали по частям, так сказать. Аномалион — не такая большая территория, как кажется, слухи здесь распространяются со скоростью света. Поэтому, когда в этом социуме появляется новый, так скажем, крупный игрок, ни для кого это не становится сюрпризом. Любой житель Аномалиона может практически в режиме онлайн наблюдать за становлением этого игрока, и, когда он превращается в крупного, это просто становится очевидным развитием событий, закономерной вехой на его пути. А ты, Крот — не из таких. Ты пришел непонятно откуда, и за несколько дней отвоевал себе солидный кусок инфопространства Аномалиона. Буквально один, ну, может, двумя героическими действиями.

— Это плохо? — уточнил я.

— Это плохо. В первую очередь, для тебя. — Лион покачал головой. — Герои долго не живут.

— А мне долго и не нужно. — я покачал головой. — Мне нужно не бессмысленно.

— Да? И в чем же ты видишь смысл своей жизни?

— Уничтожить Центурию.

На самом деле, конечно, моя цель состояла несколько в другом — добраться до Земекиса. Но здесь и сейчас эти два понятия практически тождественны. А для Лиона — так тем более. Нетрудно догадаться, что «Зёма», проскочивший в разговоре с Мастифом, это и есть Земекис, и что он Лиону как заноза в… Лапе.

Лион несколько секунд смотрел на меня так, словно никак не мог решить — то ли начать заразительно, во весь голос, смеяться, то ли хлопнуть ладонью по лбу так, чтобы стекла в окнах затряслись, то ли снять со стены «Грозу» и пристрелить дурака, чтобы не мучил мир своим существованием.

В итоге он не сделал ничего из этого. И это в очередной раз утвердило меня в мысли, что с ним можно договориться.

С ним нужно договориться.

— Центурия это основа безопасности Аномалиона. — едва разжав зубы, процедил Лион. — Практически единственная структура, которая обеспечивает защиту простым людям от всех возможных опасностей.

— Лион, я знаю, что представляет из себя Центурия. — я покачал головой. — С некоторыми из них я знаком лично. В том числе например и с Земекисом.

Углы челюсти Лиона явно дрогнули, но скрипа зубов я так и не расслышал.

— А еще я знаю, какие у вас с ними отношения. — ненавязчиво продолжил я. — Знаю всю историю этих самых отношений. Так что сразу предлагаю сэкономить приличное количество времени и пропустить ту часть, в которой мы обсуждаем Центурию, какой она хочет казаться другим людям. И сразу перейдем к настоящим причинам и личным выгодам.

— Личным? — Лион усмехнулся. — И какая же выгода тебе?

— Достаточная. — коротко ответил я. — Достаточная для того, чтобы я на это решился. Так что ты скажешь?

— На что? — Лион развел руками. — Ты пока что не дал мне никакой конкретики. То, что ты мне сейчас сказал — это сырая идея, причем идем, которая буквально витает в воздухе с самого момента изоляции Аномалиона. Но без конкретики эта идея остается лишь на уровне предложения… Ну, не знаю, например взять Теслу и использовать ее против своего врага. Просто абстрактная идея, без уточнений, как это провернуть и возможно ли вообще это провернуть.

— В ситуации с Теслой есть объективные проблема. — я покачал головой. — Какие проблемы в случае с Центурией? Тебя смущает Легион?

— Меня не смущает Легион. — вздохнул Лион. — Меня смущают его возможности. Это же поднятая на десять этажей надо землей орудийная платформа, у которой до сих пор есть какое-то количество действующих пушек. Может, у них мало к ним снарядов, но уничтожить всех наших бойцов, лишенных каких-то укрытий, этого хватит. Может, даже два раза. А даже если я не прав, и снарядов у них давным-давно нет, это ничего не меняет. Легион остается вынесенной на десять этажей вверх платформой, с которой банально можно отстреливаться и кидать гранаты до бесконечности.

— Атаковать опоры? — я пожал плечами.

— Браво, два из двух! — ухмыльнулся Лион. — Еще одна идея, которая витает в воздухе! Вот только опор этих у Легиона полтора десятка, и каждая из них такая мощная, что даже противотанкового гранатомета не хватит, чтобы вывести ее из строя. Все механизмы и важные узлы там продублированы и продублированы еще раз, это же, по сути, главный защитный механизм Легиона. Но даже если ты выведешь из строя даже половину опор, Легион все еще будет способен стоять. И не забывай, что все это будет происходить под плотным огнем центурионов, которые явно не будут стоять и смотреть, как ты выводишь из строя опоры их ходячей крепости.

— Значит, ты считаешь, что победить Центурию невозможно?

— Я считаю, что в данный момент у нас нет никаких ресурсов для того, чтобы это стало возможным. — Лион поднял бровь.

— Тогда почему ты вообще ведешь со мной этот разговор? — я поднялся со стула. — Сразу бы прервал его, как только я рассказал о своем предложении. Только время теряем… А у меня его и так не то чтобы сильно много.

— Какие мы занятые! — хохотнул Лион. — Но, если ты думаешь, что это все — лишь потеря времени, то ты не прав. Помнишь, я говорил, что ты не первый, кто предлагает атаковать Центурию и стереть ее с лица планеты? Так вот, тех людей я даже не слушал. И уж тем более не разговаривал с ними.