От бурлящего внутри меня смеха я чуть не давлюсь куском котлеты.

– А кто-то претендует? – кое-как произношу с набитым ртом.

Макс расплывается в улыбке.

– Вообще-то, претенденток хватает.

Прожевав, беру стакан с его молоком, делаю глоток.

– Очень за тебя рада, – стараюсь говорить искренне, но выходит почему-то крайне неестественно.

– Нет, не рада, – ухмыляется Макс. – Вроде бы даже ревность в глазах мелькнула.

Что? Он сейчас серьёзно?

Моему возмущению нет предела, но я стараюсь говорить скучающим тоном:

– Максим, оставь свои шутки. Они мне надоели. Заведи уже подружку. Отдай, наконец, своё сердце кому-нибудь.

– А я не хочу, – он пожимает плечами. Закидывает в рот печенье, старательно жуёт, потом изрекает: – Мне нравится подкалывать тебя. Я кайфую от твоего общества, принцесса. И жду не дождусь, когда ты тоже начнёшь кайфовать от меня.

– Но этого же никогда не будет!

– Не зарекайся.

Мы долго смотрим друг другу в глаза. Я – с возмущением, а Макс так, словно уже одержал победу. Сдаюсь первой. Не доев свой ужин, убираю его в холодильник и ухожу.

Ну вот что он ко мне прицепился? Охотно верю, что на его сердце полно претенденток. Максим очень красивый, это и слепой увидит. Только вот зачем я ему? Чтобы поставить очередную зарубку на изголовье кровати? Его преследования именно так и выглядят. Словно он самоутвердиться хочет.

Смотрите, я получил самую несговорчивую девчонку! Какой я молодец!

Ничего у него не выйдет!

Уже перед самым сном в мою комнату кто-то стучится. Я почти уверена, что это не Марина Захаровна. Накинув поверх пижамы халат, приоткрываю дверь. В коридоре стоит Макс. Поза расслабленная, руки засунуты в карманы штанов, отчего те немного сползли вниз, обнажая идеальные косые мышцы.

– Чего тебе?

– Хочу кое-что тебе показать. Пошли.

Не дожидаясь от меня реакции, разворачивается и идёт к той самой комнате, которая до сегодняшнего дня была моей домашней студией для танцев.

Мне однозначно не стоит за ним идти. Но меня вдруг так сильно распирает любопытство... К тому же не хочется показывать свой страх. В общем, я иду следом.

Оказавшись в комнате, вижу в углу большой двуспальный матрас, застеленный белым постельным бельём. В другом углу стоит сумка Макса. Ещё здесь появился стул, на спинке которого висит чёрная рубашка. Макс стоит на балконе, и я выхожу к нему, кутаясь в халат. Парень разглядывает звёздное небо.

– Ну и? Что ты хотел мне показать? Тебе не холодно? – кошусь на его обнажённую грудь.

Балкон не застеклённый. Ладно хоть, сверху есть прозрачный козырёк, который может защитить от снега.

– Мне даже жарко, – отвечает Макс, поворачиваясь ко мне. – Дай руку.

Протягивает свою, а я прячу обе руки в карманы халата.

– Зачем?

– Руку дай!

Вытягивает из кармана правую, переплетает наши пальцы и вновь смотрит на небо.

– Я где-то вычитал, – произносит он заговорщическим тоном, – что если насчитать на небе сто звёзд, а потом взять девушку за руку, то она непременно ответит взаимностью. Правда, только через пять дней.

Может, я плохо расслышала его? Что за чушь он несёт?

– Ты серьёзно?

– Более чем, – поворачивается ко мне. – Так что, через пять дней моя будешь. Готовься, – его губы расползаются в улыбке.

Очень, блин, смешно! И я бы посмеялась и над ним, и над этой дурацкой ситуацией, только вот в приметы я верю. Может быть, это и глупо, но мы всей труппой придерживаемся некоторых правил, о которых говорят приметы. С какой ноги заходить на сцену, с какой пуговицы застёгивать свой сценический костюм...

Однажды я ушла с тренировки из-за чёрной кошки, которая перебежала мне дорогу. Наша тренерша тогда сказала: «Сто процентов травмируешься сегодня. Так что, лучше поезжай домой».

Именно она заразила нас всех этими приметами. Мама говорит, что тренер у нас с прибабахом. Но ей можно, она же творческая личность.

– Ну чего молчишь? – Максим подаётся ближе. Его торс касается моего халата. – Может, уже подействовало? Может, и пять дней ждать не придётся?

Собрав всю волю в кулак, я вскидываю голову, чтобы заглянуть в его голубые глаза.

– А тебя друзья не высмеют? Обряды тут какие-то проводишь...

– Тебе никто не поверит, если ты будешь об этом болтать.

Я поджимаю губы. Выдёргиваю руку, ругая себя, что не сделала этого раньше, и пытаюсь уйти. Максим преграждает мне дорогу. Упираюсь ладонями в его грудь, не давая приблизиться.

– А если серьёзно... – переходит он на шёпот, заключая моё лицо в ладони и поглаживая щёки большими пальцами. – Я привёл тебя сюда, чтобы лишний раз убедиться – ты делаешь то, что я говорю. Вроде постоянно убегаешь от меня, но потом послушно идёшь за мной. Могла бы отказаться, но не сделала этого. Почему?