Стоит отдать должное Харму — он успел закрыть глаза, до того, как туда попали мелкие куски металла, защитив тем самым самую уязвимую часть. Но это лишило его обзора, чем и воспользовался Крюк. В освоении магического инвентаря он пошел дальше, научившись призывать предметы на расстоянии пары метров от себя. Пока небольшие, но для отравленных ядом игл хватало. Никто из их команды не брезговал пользоваться подобным инструментарием, а учитывая уровень местных неписей, откачать смогут в любом случае, даже если ему удастся попасть. Одновременно с этим он быстро раскрутил и пустил в голову наёмника грузило на цепи, надеясь, что это отвлечет его от основной угрозы.

К несчастью, чувства Харма оказались достаточно остры, чтобы ощутить фокусы с магическим инвентарём. Барьер золотисто-желтого цвета, обернулся вокруг его тела и все иглы застряли в нем, словно в резине, а его ладонь успела схватить край выпущенной цепи. Харм дернул его и, несмотря на не самое удобное положение, силы у него было достаточно, чтобы Крюк невольно сделал шаг в его сторону. И сразу же получил сокрушительный удар в живот коленом наёмника, согнувший его по полам. Следующий пришелся по лицу. Он успел прикрыться руками, но его мозги всё ровно загудели от таких нагрузок.

— У парнишки был сносной дерьмовости план, — озвучил своё мнение Линар, наблюдая за тем, как его человек избивает бессмертного, — яд плюс манипулирование металлом и неплохо освоенный магический карман. Может сработать с кем-то невнимательным. Но с его оружием, он позволил подойти врагу слишком близко.

Харм в этот момент ударил Крюка ногой в район колена и по сдержанному рыку, стало ясно, что дела у бессмертного плохи. Он бы, наверное, повалился на пол, если бы непрекращающийся дождь из ударов не наклонил его в другую сторону. Последний удар, ногой сбоку по корпусу, заставил Крюка наконец свалится. Наёмник повернулся к своему капитану и развел руками: мол, чего ты ещё ожидал?

— Крюк умный и хитрый говнюк, этого у него не отнять, — согласился Зверь, — это полезно, чаще всего. Но из-за этого он сам не понимает насколько редким талантом обладает. Подходящее телосложение, природное умение быстро учиться и прочие характеристики прирожденных гениев ничего не стоят, если у них нет главного — стойкости. Каким бы гением ты ни был рано или поздно налетишь на кого-то намного сильнее и вот тогда слабость внутри всплывет наружу. Никакой талант не заменит тупого, упрямого и нескончаемого желания бороться до самого конца. Именно он делает прирожденных бойцов теми, кто они есть. И Крюк обладатель этой редчайшей черты. К тому же, — Зверь повернулся к Линару, — он путешествует со мной. Ты правда думал, что все так быстро закончится?

Харм терпеливо ждал, пока Сиху или Линар огласит окончание этого недоразумения. Его выпустили против бессмертного в три раза ниже уровнем и чего они ждали? Мужчина скривился, когда почувствовал, как мальчишка пытается подняться. С поврежденной ногой это будет всё ровно, что избиение младенца. Резкое движение за спиной — слишком быстрое и невероятное — заставило его прикрыть голову рукой. Тяжелый удар заставил сделать его шаг в сторону, после чего мужчина резко развернулся лицом к оппоненту.

Тот ударил его поврежденной ногой, это он понял ещё до того, как удар произошел. Но как? Харм глянул на ногу бессмертного и увидел обвитую вокруг нее цепь. Парнишка призвал еще цепи и обвил ими все конечности.

— Ты чё думал, что это всё? — Крюк сплюнул, продемонстрировав окровавленные зубы, — У нас это называется разминкой.

Сборище живущих военным делом мужчин и женщин достаточно бурно отреагировали на слова Крюка, выказав тому уважение за проявленную стойкость. Особенно активно высказывались молодые члены группы, что участвовали в битве за Карак-Удан, уже знакомые с примерами талантов и силы духа среди бессмертных. Их более зрелые и матёрые товарищи не спешили с рукоплесканиями, но заинтересовались происходящим чуть больше, чем ранее.

Харм оценил стойку бессмертного, который, кажется, намеревался драться с ним в рукопашную. Мужчина показал ему свою ладонь, мазоли на костяшках которой не сходили уже никогда от бесконечных тренировок.

— Я специализируюсь на рукопашных схватках. Ты понимаешь, что в таком бою у тебя нет шансов?

— Да у меня их никогда нет, — ухмыльнулся Крюк, — привык уже, — и пошёл вперед на своего оппонента.

Эта стратегия, как и большая часть всего, что он придумал в Дастриусе с момента присоединения к Вольному, появилась из-за острого желания сохранить голову на плечах — обычная рутина рядом с Вольным и его братьями. В один момент он просто не успевал защититься и инстинкты сами подсказали, что ему делать. Он ведь манипулирует металлом, так почему бы к движению руки не прибавить движение наруча на ней? Так он защитился от того удара, а уже после, эта идея получила большее развитие и в бою на близкой дистанции он получил ещё один инструмент для своей защиты. Ну а когда об этом узнал Зверь, то с энтузиазмом, который можно описать лишь словом «нездоровый», принялся помогать ему доводить эту технику до ума. Преимущественно избивая его до потери сознания каждый раз, когда у них выдавался относительно спокойный день. Стоит ли говорить о том, какие шансы у него были против человека, взращенного специально чтобы драться насмерть?

Физически Харм, конечно, посильнее Зверя, но вряд ли он сможет выкинуть что-нибудь вроде тех фокусов, что показывал ему Дагир — куда более страшный человек. Конечно, первый же обмен ударами — с пропущенным в грудь — немного пошатнул эту риторику, но Крюк не был бы собой если бы просто пошел драться в рукопашную. Следующая же атака Харма была остановлена свисающими краями цепей, на которых появились смазанные ядом жала.

Наёмник тотчас отпрянул и активировал свою защитную технику.

— Такими ударами тебе не пробиться до моей кожи, — предупредил Харм, оценивший уловку.