Все раненые к этому моменту получили всю возможную помощь, но несмотря на это, Торбар попросил взятых из города целителей, свежих и полных сил, осмотреть их ещё раз. Задача по транспортировке раненых и самой Матрицы, легла на плечи прибывших гномов, максимально освободивших членов экспедиции от любой ноши. До Казракута оставалось всего пару часов пути, поэтому Торбар решил добраться туда, а затем уже послушать всю историю от начала до конца, хотя самая главная новость уже распространилась по всему отряду.

Экспедиция Бибитага нашла главный элемент производства големов.

Сначала Карак-Удан, теперь эта Матрица Считывания, что ещё его братец сумеет откопать на руинах империи гномов? Хотя, все эти находки так и остались бы ненайденными, не сведи их судьба с Вольным. Бессмертный шагал чуть позади с задумчивым видом, оставаясь верным своей немногословности. Заметный спад сил у трёх из пяти участвовавших в экспедиции бессмертных не укрылся от его чувств — значит то с чем они там столкнулись было действительно сильным. Хотя правда оказалась куда весомей любых его самых смелых предположений.

Когда они остановились на окраине Казракута на отдых, руководители экспедиции, вместе с Торбаром и его приближенными в компании бессмертных обсудили все через что им пришлось пройти в Манродане. Всё столкновение, как и мрачная судьба самого города вновь заставили Торбара тревожиться: уже второй город гномов пал по вине неизвестных наземников. Кто знает, может быть этот неизвестный, который вполне может оказаться сообщником Гарро, до сих пор жив и плетет свои интриги на костях гномьей империи?

Такую угрозу он не может просто игнорировать. Когда он вернется в Карак-Удан ему придется сделать то, чего он делать не хотел — связаться с союзом Трёх Городов, чтобы предупредить их об опасности. Даже если этот неизвестный уже умер, или пока оставил гномов в покое, кто знает какие эксперименты он еще проводил? Может быть их результаты бродят по отдаленным уголкам подземелья в ожидании своего часа?

Какие бы чувства он не испытывал к своим родственникам, они ответственны за жизни десятков тысяч гномов и должны знать о возможной угрозе. Сам Торбар уже решил, что в ближайшее время, после того как участники экспедиции полностью восстановятся, отправится в Манродан, чтобы уничтожить остатки зараженных существ и шлаковых големов. Может быть главную угрозу в результате схватки у Парящего Дворца и удалось уничтожить, эта зараза по-прежнему представляет опасность для подземелья. К тому же, по словам Бибитага, огромные запасы продукции в Манродане, накопленные за годы падения спроса на металл, все еще были там. Хранилища такого объёма, делались даже не на века, а на тысячелетия. Можно быть уверенным — хотя бы часть запасов сохранилось нетронутой, а учитывая размеры города, Карак-Удану этого может хватить на несколько ближайших десятилетий.

И это с учетом того, что Хадрут запустит производство големов, в чем Торбар нисколько не сомневался. Даже если эту Матрицу он не сможет восстановить, то имея такой образец, ученик Гнура вне всяких сомнений сумеет создать новую. Эта мысль немного успокаивала разбушевавшуюся паранойю: сначала Тарас привез им рецепт нового оружия, которое Кроран уже успел оценить, а теперь на горизонте маячит производство големов. Может быть, через несколько лет, Торбар сможет вздохнуть немного спокойнее, когда город будет находится под защитой пушек и отряда металлических гигантов?

Дорога назад обошлась без сюрпризов. Покидая Казракут Бибитаг заставил воинов вынести целую библиотеку древних книг, вернув себе немного энтузиазма, утерянного вместе с жизнями павших в Манродане гномов. Возвращение прежнего Бибитага, что прямо на ходу изучал старый журнал, освещая страницы парочкой магический светил, вселяло уверенность в его способность преодолеть это испытание.

На подступах к городу, Бролог, восстановившись достаточно, чтобы никто больше за него не беспокоился, повел выживших легионеров в их твердыню, где им нужно было провести церемониальную службу по павшим соратникам и обряды посвящения проявивших себя в бою рекрутов.

По возвращении в городе был объявлен трёхдневный траур по погибшим участникам экспедиции: в уже отстроенном храме Даскрума, жрецы провели прощальную службу, на которую собрались семьи погибших, почти весь Совет Старших и большая часть горожан. Тарас со своей командой тоже были там, отдавая дань уважения своим соратникам в этом путешествии, благодаря которым им удалось вернуть сразу три(!) реликвии Асфеда.

После этого город вернулся к обычной жизни: Лорим, как только закончился период траура, высказала муженьку всё своё недовольство, преимущественно — кулаками. Выжившие участники экспедиции стали приковывать к себе внимание и Женя не раз видел, как в «Дожде» вокруг них собирается десяток-другой слушателей. Сам же, он большую часть этого времени просто тренировался, ну а теперь, уважив погибших своим терпением, пришло время спуститься вниз и узнать, что же случилось с тем осколком ножа Блика, который он оставил перед уходом местным мастерам…

Тарас вышел из здания телепортационного узла и оглянулся. Все были на месте, кроме Мрачного Клинка, который за последнюю пару дней нередко вот так вот исчезал из виду. Крюк улыбнулся, заметив его рыскающий взгляд, после чего Вольный молча развернулся и пошел дальше.

Юкрот встретил их лишь приглушенной тишиной, едва разбавляемой звуками жизни поредевшего населения города-столицы Света. Ослабление Даийлен сильно ударило по всей её церкви и сейчас, по прошествии времени, последствия этого удара ощущались куда явственнее. Главные улицы по-прежнему пестрили вывесками и были относительно многолюдны, но окраины и даже менее популярные районы города несли на себе следы запустения. Молодых паломников, желающих найти свой путь к Свету стало куда меньше, чем раньше, однако, уменьшилось не только количество новых последователей, но и уже давно определившихся с тем к какому богу они примкнули и совершали с разной периодичностью, паломничество к самому сильному месту проявления Света на планете. И даже некоторые жители города, живущие, можно сказать, у Даийлен под боком, решились на переезд в связи с её падением с божественного олимпа к его подступам.