Я не стал брать устройство, лишь вопросительно приподнял бровь. Юлия терпеливо пояснила:

— ЧП на дальней заставе.

Какой еще к черту дальней заставе?

— А точнее на северной оконечности передовых рубежей северной границы, — уточнил Скрябин, подходя ближе.

— Что там случилось? — телефон я все же взял, но подумав, поменял на планшет Советника с большим экраном. Судя по застывшей картинке мне хотели показать одну и ту же запись, одновременно присланную Скрябину и княжне.

Интересно, почему мне ничего не присылают? Телефон у меня есть, учетную запись во внутренней системе клановой сети я тоже завел, получив неограниченный доступ.

Хотя на счет последнего — это наверное видимость. Вряд ли настоящие хозяева позволят копаться в секретных данных недавно появившемуся «чужаку». Возможно поэтому и нет оповещения, аккаунт с изъяном или с ограничениями.

Подумал об этом мельком, изучая присланный на планшет видеофайл.

— Какого черта? Это что тела?

А точнее три тела, выложенные в странную фигуру на вершине каменистого холма. Все обнажены, у всех на коже непонятные рисунки и письмена. Что за хрень?

— Дежурная смена станции климатических наблюдений, — сухо доложил Скрябин. — Они не вышли на связь в контрольный срок и туда отправилась группа проверки. Они и обнаружили тела, а также сожженную станцию.

— Там же рядом находился радионавигационный маяк, он тоже выведен из строя, — угрюмо добавила Юлия.

Я вновь обратил взор на экран. Снимавший увеличил фокус, беря крупным планом нарисованные на мертвецах знаки.

— Что за каракули на них намалеваны? Кто-нибудь знает? — я поднял голову, успев заметить, как Советник и княжна обменялись быстрыми взглядами.

Как интересно, у них общие секреты? А с остальными поделиться не хотят? Я показательно нахмурился, и оба поняли, что безмолвный обмен не остался незамеченным.

— Рассказывайте, — велел я, не слишком уверенный, что собеседники поведают именно правду, а не навешают лапши, искреннее считая, что юному правителю незачем влезать в такие дела.

Однако оба удивили, почти в унисон заявив:

— Это неоязычники.

Скрябин произнес с кислой миной, Юлия с раздражением. Какая разная реакция на одни и те же слова.

— Какие еще неоязычники? Наши?

Княжна отрицательно качнула головой.

— Нет, скандинавские. Неовикинги, практикующие человеческие жертвоприношения Одину. Как они говорят: — «возвращаясь к истокам».

Сообщение заставило на несколько секунд зависнуть.

— Они сумасшедшие, ваша светлость. Кучка психопатов, не признающие общечеловеческих правил. Изгои, которым нечего терять, — сказал Советник, чем заслужил неприязненный взгляд со стороны княжны. Похоже у нее на это имелось свое мнение, отличное от чиновника.

— Они маги? — не понял я. — Пытаются через ритуалы увеличить силу?

— Некоторые да, но не все, — ответила Юлия, бросила еще один косой взгляд на Советника и быстро продолжила, не дав тому заговорить: — Официально власти Скандинавского альянса их не поддерживают, но ходят слухи, что движение финансируется в том числе через органы муниципального управления нескольких норвежских и шведских городов.

— Это только слухи, — быстро произнес Скрябин, явно о чем-то сильно переживая. Он тревожно посмотрел на меня, но тут же скосил глаза в сторону.

— У них есть корабли? — я продолжил расспросы, не обратив внимания на реакцию Советника. Тот скорчил кислую мину, но промолчал.

— Разве что рыболовецкие траулеры, — ответила Юлия. — Давать военные корабли скандинавы им все же не рискуют, понимая, чем это может закончится.

— Правительство Скандинавского альянса официально признало группировку неовикингов радикальным объединением и запретило ее на своей территории, — быстро проговорил Скрябин.

— Но не всех, а только силовое крыло. У них есть еще общественная организация, призванная популяризовать среди населения древние верования, — возразила княжна. — Она не запрещена, и больше того — процветает. Многие крупные скандинавские компании и предприниматели жертвуют им огромные деньги, и это не запрещается.

— Связь между неоязычниками и Обществом за древние верования до сих пор официально не подтверждена, — скупо напомнил Советник, но выглядел он при этом сильно недовольным.

Сзади раздался гул мощных двигателей — очередной авиалайнер заходил на посадку. Мельком оглянувшись на небесного гиганта, способного за раз перевезти до четырехсот пассажиров, я вернулся к разговору.

— Они что идиоты, зачем полезли в земли Бельских?

На мгновение по лицу Юлии скользнула гримаса раздражения.