Спустя годы, когда я научился управлять своим Даром и был готов, мы с ним снова встретились. Я убивал его медленно, с наслаждением, предварительно уничтожив всё, что ему было дорого. Кто-то же должен был научить его хорошим манерам, пусть и перед самым его концом. Но пустота в моем сердце от потери семьи никуда не делась. Она, как прилипчивая экс, следовала за мной повсюду, напоминая о себе в самые неподходящие моменты. Зато у меня теперь появился новый компаньон: мой Дар.

Честно говоря, не знаю, на что я рассчитывал, когда основал свой клан. Может, думал, что это поможет мне забыть прошлое. Или просто хотел собрать команду, с которой не будет скучно пить по вечерам. По крайней мере, на наших тусовках всегда было весело.

И вот, история опять повторяется: моей новой семье грозит опасность от каких-то самолюбивых аристократишек. Но теперь я уже не тот беспомощный пацан. Время играть по-взрослому! Чем быстрее я навешаю Радугиным пиздюлей, и напомню, что трогать моих — плохая идея, тем спокойнее и крепче буду спать.

— Добрыня, алло! — Распутин замахал рукой перед моим носом, мастерски удерживая руль другой. — Ты где завис? В своих воспоминаниях ковыряешься?

— Да нет, всё нормально. Чего хотел? — моргнул я, возвращаясь в реальность.

— У меня нарисовался план получше, как насолить этим козлам. У них есть фабрики, на которых они гребут деньги лопатой. Давай начнём с них, а? Но если нас поймают, попадём по полной программе, — усмехнулся он, не отрывая глаз от дороги.

В принципе, мысль здравая: удар по кошельку им будет, как соль на рану.

— Не волнуйся за это: туда я пойду один! А ты останешься в машине… — ответил ему. Честно, не хочу втягивать Распутина в родовые разборки

— Эй, так что я теперь простой шофёр? — возмутился Гришаня так, что машина дёрнулась, и нас едва не выбросило с дороги. Ещё чуть-чуть, и мы бы устроили незапланированный полёт в кювет.

Потом он немного подумал и заявил, что согласен, ведь от водилы зависит успех операции на все сто процентов. Мол, вовремя поданная машина — залог спасения. Тут он, возможно, и прав. Хотя с его навыками вождения мы, скорее всего, устроим гонку на выживание.

Позже

Имение Радугиных

Элегантное утро распахнуло свои золотые шторы, заливая город мягким светом, но в кабинете графа Руслана Радугина царил полумрак и напряжение, словно сама атмосфера пропиталась беспокойством хозяина. Стены, украшенные тяжёлыми бархатными обоями тёмно-бордового цвета, поглощали свет, придавая комнате вид величественного, но мрачного замка. Картины с видами греческих пейзажей висели ровными рядами, намекая на любовь графа к античной эстетике, хотя, вероятно, он просто считал их дорогими, и поэтому достойными.

— Эй, скажи служанке, чтобы побольше сливок добавила в кофе… и ни грамма сахара! — граф Радугин с утра явно был не в духе. Его голос прорезал тишину, как нож скальпеля.

— Слушаюсь, господин! — худой лакей в парике низко склонился, что чуть лбом пол не прошиб, а затем вылетел пулей из кабинета.

Радугин вцепился в подлокотники кресла и нервно барабанил пальцами. На нём уже с самого утра был надет дорогой костюм, который идеально сидел на его тучной фигуре. Сам же граф красотой не блистал: лицо у него было отвислое, как у бульдога, пережившего плохой день. Зато богатства и влияния у него было достаточно для шикарной жизни. Деньги текли рекой из многочисленных предприятий, вливаясь в бездонную бездну семейных счетов, и он тратил их с размахом человека, убеждённого в своей бессмертности и непогрешимости. И плевать он хотел, кто там его не любит: Руслан Радугин привык брать всё силой, обманом или подкупом.

— Ну что, орлы крылатые, обделались? — язвительно протянул граф, обращаясь к капитану своей личной гвардии, стоявшему напротив.

Его голос звучал, как скрежет металлических шестерёнок в плохо смазанном механизме. Мужчина слегка поморщился, но, сохраняя невозмутимость, ответил:

— Невозможно было предвидеть, что люди тверского княжича вмешаются и помешают нам захватить Добрыниных. Сейчас с его людьми мы ведём переговоры о случившемся, стараемся сгладить углы.

Граф заёрзал на месте, словно на его кресле внезапно выросли шипы, и готов был взорваться, как перегретый паровой котёл. Но в этот момент дверь открылась, и внутрь внесли поднос с кофе. Граф схватил чашку и осушил её одним глотком, не обращая внимания на то, что он горячий. Казалось, что даже кофе боялось обжечь его.

— Чихать я хотел на этого выскочку, понял, Тарас? Пусть его семейка сидит в своей глуши и не рыпается! — он забарабанил пальцем по столу. — Болтай с ним сколько угодно, но Добрыниных мне достань в первую очередь!

— Будем стараться, господин, — капитан кивнул и тяжело вздохнул, словно на его плечи легла ещё одна непосильная ноша.

В его мыслях промелькнуло, что ему с каждым годом всё сложнее справляться с капризами графа. Хотя Тарасу было не привыкать было устраивать заварушки и похуже. Господин всегда отличался аппетитами, как у голодного волка, и хотелки его надо было выполнять, даже если придётся лбом стену прошибать. Стычек с другими Родами всегда хватало с избытком.

Граф, бросив на него пристальный взгляд, потребовал у лакея ещё и коньяка с утра пораньше — следом за кофе. Ему не терпелось поскорее разрулить ситуацию с Добрыниными. Информация о забытом долге свалилась на него внезапно, и он решил взять всё под свой контроль.

Коньяк ему наконец-то плеснули в бокал. Смакуя напиток, Радугин уже собирался отпустить Тараса, как вдруг в кабинет с грохотом ввалился поручик гвардии.

— Извините, господин, плохие новости! — выпалил поручик, едва дыша, пытаясь совладать с дыханием. Казалось, что слова вырываются у него изо рта быстрее, чем успевают сформироваться в мыслях.