Обычный человек бы ничего не понял из происходящего, во-первых, слишком быстрая смена входных данных, ни один график движения Сферы не задерживался на мониторе дольше половины секунды, а Медейя декодировала материалы четырёхмесячной давности, безуспешно пытаясь нагнать команду Калибровочной Консоли. Оно и понятно, ведь помимо построения модели интерпретации, ей ещё требовалось извлечь информацию из коробов «ТИП-К», где хранилась высокопрочная, жароустойчивая плёнка.

– Агата, что с температурой?

– Повышается.

– Я заметила! – Рявкнула вспотевшая Ника, на лбу у которой выступила испарина. – Умоляю, скажи, что контур в порядке…

– Контур в порядке. Один из радиаторов барахлит. Занимаюсь устранением проблемы, попейте пока воды.

Ника вытащила бутылку из-под стола и сделала несколько жадных глотков.

– Вань, сигнал Оленковского проскочил. – Констатировала Ника, глядя на один из мониторов. – Проверь схрон.

– Угу.

– Что «угу», блядь? Доложи.

– Да сейчас, подожди… Я проверяю. – Он барабанил по клавиатуре. – Так, мне нужно подключиться через нейроинтерфейс. – Он повернул тумблер справа от себя, загорелся огонёк индикатора работы нейродрайва, вшитого в Сферу, подключение прошло успешно. – Проверяю карту схрона. Всё в порядке.

– А вчерашняя? Алгоритм посмотри.

– Алгоритм я сегодня перед запуском проверил.

– Проверь ещё раз.

Глаза Попова забегали, а на мониторе сменялись картинки быстрее, чем взгляд человека, не подключённого по нейроинтерфейсу, мог физически улавливать смысл.

– Нет, всё в порядке.

– Лиза проверь блокировочные стойки. Что-то не так, у меня уже четвёртый раз вылетел сигнал Оленковского.

– Всё в порядке, однако, почему-то переключилось управление стойками на Медейю.

– Что?! – у Ники глаза на лоб полезли. – Агата залезь в журнал событий, может я чего пропустила?

– Пропустила, около трёхсот сигналов Оленковского.

– Завершаем интерпретацию. Вань, готовь закрывающий схрон.

– Есть.

Через несколько минут Попов выдал заветное «готово!», Агата начала замедлять внешний контур. Однако температура продолжала расти. Вскоре интерпретационный процесс был полностью остановлен, гул внешнего контура затих.

– Кто-нибудь слышал звук стоек? Лиза? Они сработали?

– Нет, ими управляет Медейя, она нас не выпускает.

– Ну прекрасно, я убью Чистякова.

– Что делать-то будем? – поинтересовалась Агата.

– Сейчас посмотрим… - Ника включила нейродрайв и подключилась к нейроинтерфейсу. – Отправила запрос Медейе. Должна нас выпустить.

– Не забыла валидировать?

– Блядь, Агата, за кого ты меня держишь?

На мониторе состояния загорелся красный перечёркнутый кружок. Медейя отказала в запросе.

– Ну ахуеть… - Ника отправила запрос более высокого уровня. – Ждём.

После нескольких секунд ожидания высветился тот же запрет. Ника снова матюгнулась.

– Лиза, открывай свод протоколов, будем разбираться.

Бермудская повиновалась, все четверо собрались возле её монитора и начали изучать. Ваня снова чавкал, уминая бутерброд. Температура понемногу повышалась, термометр показывал уже тридцать восемь градусов.

– Опять ты ешь? Когда-нибудь научишься делать это в обед, а не в каждую свободную минуту? – Тявкнула Агата на Попова.

– Отстань, женщина, лучше разберись с температурой.

– Да, Агата, что у нас с радиаторами, почему становится жарче?

– Потому что один перестал работать, а второй работает вполсилы.

– Ну заебись, зря начал бутерброд есть, мог бы подогреть, если бы подождал…

– Не поясничай, блядь! Агата, возьми на контроль вопрос с радиаторами, пожалуйста, здесь ты не нужна.

– Хорошо.

Она угрюмо поплелась к своему месту и плюхнулась на рабочее кресло. Ваня продолжал чавкать над ухом.

– А ты иди жри на своём рабочем месте, меня твоё чавканье только отвлекает. Мы с Лизой как-нибудь разберёмся.

Попов тоже слегка поник от резкости Касьяновой, но перечить не стал, повиновался и уполз к себе. Кушенякина злобно ухмыльнулась, и показала язык схронщику, а тот не растерялся и губами послал её куда подальше, не производя ни звука. Тем не менее, старший лаборант всё поняла.

– Так, открывай протокол чрезвычайных ситуаций. – Скомандовала Ника, Лиза повиновалась. – Ага, так, что там пишут? – Руководитель ЦКК вытерла пот со лба. – Теперь давай в раздел управления сферой и полномочий…