— О, правда? Я не хочу наделать глупостей? Вы, идиоты, не сможете защитить меня, Ди. Он найдет меня, и поскольку я уже ходячий мертвец, ничто не помешает мне, ну, не знаю, сначала оторвать голову блондинке.

Мир как будто начинает вращаться в замедленном темпе. Адам поворачивается и целится Эмми прямо в голову. Она ахает, но даже не шевелится. Ее охватывает абсолютный ужас, и она застывает как статуя. Я вскрикиваю и поднимаю пистолет, но не успеваю я поднять его и наполовину от бедра, как слышу оглушительный звук пули, вылетающей из патронника. А затем замедленная съемка фильма ужасов продолжается. С беспомощным, леденящим душу ужасом я наблюдаю, как Куп бросается в сторону. Его крупное тело вздрагивает, когда он получает пулю, предназначенную для Эмми.

— ТЫ УБЛЮДОК! — Кричу я и достаю пистолет. Он только смеется, и, прежде чем я успеваю снять его с предохранителя и выстрелить, я слышу, как эхо еще одного выстрела разносится по комнате. Жжение, подобного которому я никогда в жизни не испытывала, пронзает мое левое плечо, но я даже не дрогнула. Этот больной ублюдок только что застрелил моего друга, и будь я проклята, если кто-нибудь еще получит пулю. Кажется, прошла вечность, но на самом деле прошло всего несколько секунд с тех пор, как Куп упал на пол, прежде чем я сделала глубокий вдох и выстрелила из своего оружия. Когда отдача отбрасывает меня назад, я сжимаю колени и не отрываю взгляда от больного ублюдка, который только что получил мою пулю между глаз.

Я роняю пистолет и, всхлипнув, бросаюсь туда, где на черном кафельном полу неподвижно лежит тело Купа. Мои уши болят от криков, которые эхом разносятся по всему офису, и мне требуется секунда, чтобы осознать, что они исходят из моего собственного рта. Когда я подхожу к нему, я поскальзываюсь и падаю, с грохотом приземляясь на пол рядом с ним.

— КУП! О, Боже… Зик Купер, открой глаза, пожалуйста! Помогите! КТО-НИБУДЬ, ПОМОГИТЕ НАМ! — Он открывает глаза на мгновение. Но они закрываются, когда я беру его тяжелое тело на руки. Я осматриваю его тело, но, когда вижу темно-красную дыру прямо посередине его живота, я понимаю, что это не к добру.

— ЭММИ! Давай, Эм, помоги мне. — Она даже не шевелится.

— КУП, проснись, малыш! Пожалуйста, Боже… — Мои рыдания эхом отдаются вокруг меня. Я откидываюсь назад, стягиваю с себя майку и плотно прижимаю ее к его животу. Я не знаю, поможет ли это, но не собираюсь останавливаться на достигнутом и пробовать все подряд.

Я знаю, что они должны были услышать выстрелы в соседней комнате. Не может быть, чтобы они этого не сделали.

— МЭДДОКС! Боже, ПОЖАЛУЙСТА… — всхлипываю я, умоляя единственного человека, который может мне сейчас помочь. Если ребята сзади не откроют дверь, они ни за что не услышат, что происходит, но я продолжаю пытаться.

— Куп, пожалуйста… Останься со мной, Куп! — Я продолжаю давить на его рану, но, когда кровь начинает просачиваться сквозь майку и покрывать мои руки, я начинаю паниковать.

— Блядь! — Я даже не уверена, что слышу крик Мэддокса сквозь свои рыдания, но он тут же оказывается рядом со мной. Он снимает свою рубашку и накрывает ею мою руку. — Подожди. Не двигайся, черт возьми.

Он наклоняется и говорит Купу на ухо. Куп открывает глаза и пытается кивнуть, но его глаза расширяются, прежде чем из горла вырывается тошнотворный влажный стон. Я в ужасе наблюдаю, как он кашляет, и изо рта у него вытекает огромное количество крови. Я пытаюсь повернуться так, чтобы предложить ему что-нибудь, что угодно, но мои ноги соскальзывают, и я почти падаю, когда теряю равновесие. Я смотрю вниз и замечаю, в каком количестве крови стою на коленях.

— Мэддокс!

Я зову его прийти мне на помощь, но он смотрит на Эмми и выкрикивает приказы в телефон. Она все еще не сдвинулась со своего места за столом, слезы все еще текут по ее лицу, и ее маленькое тельце сотрясается такими сильными волнами, что я знаю, что она примерно в двух секундах от того, чтобы впасть в шок. Дерьмо.

Я вижу вспышку ярко-розовых и длинных светлых волос, проносящихся мимо меня по коридору в заднюю часть здания. Я на секунду поднимаю взгляд и вижу Челси, которая крепко обхватила руками живот и просто качает головой взад-вперед.

Не проходит много времени, как Бек, Грег и Аксель выбегают в коридор, сопровождаемые неистовым плачем. Они, не теряя времени, приступают к действиям. Я не двигаюсь с места и продолжаю прижимать две промокшие рубашки к его твердому животу. Мэддокс заканчивает рассказывать оператору службы 911 остальные подробности, прежде чем швырнуть телефон через всю комнату, где он разбивается о стену.

— Я понял. Сходи за ними. — хриплый голос Грега, полный эмоций, говорит Мэддоксу, когда тот собирается вернуться к Купу. На секунду кажется, что он разрывается между мужчиной, который ему как брат, и женщиной, к которой он боролся со своими чувствами. Тяжело всхлипнув, он поднимается с пола и бросается туда, где она сидит. Она не двигается, но он поднимает ее со стула и быстро относит на один из диванов. — Челси, найди мне куртку, одеяло, какую-нибудь чертову вещь, сейчас же! — Его тон отвлекает ее внимание от Купа, и она несется обратно через офис.

Я снова перевожу взгляд на мужчин, окружающих Купа, и вглядываюсь в их лица. На них столько боли и горя. Вот как выглядит лицо безнадежности.

— Нет, нет, нет! Куп, Куп, ты останешься с нами. Ты слышишь меня? — Я рыдаю и кричу. Умоляю, чтобы с ним все было в порядке. Когда врываются парамедики и просят меня отойти в сторону, я сначала отказываюсь. Я поддерживаю в нем жизнь. Как они могут думать о том, чтобы попросить меня отойти! Бек и Грег вдвоем оттаскивают меня от его тела. Когда они, наконец, закатывают его в кузов своей машины, я падаю в обморок и испускаю каждый крик и каждую унцию агонии, оставшиеся в моем теле, пока Бек крепко держит меня. Аксель уезжает с Купом, Мэддокс уезжает во второй машине скорой помощи с Эмми, а когда они приходят сказать, что меня нужно осмотреть, я сопротивляюсь изо всех сил. В конце концов Бек говорит им, что им придется осмотреть меня, пока я буду сидеть у него на руках.